Васильев Владимир / книги / Горячий старт



  

Текст получен из библиотеки 2Lib.ru

Код произведения: 2142
Автор: Васильев Владимир
Наименование: Горячий старт


Владимир ВАСИЛЬЕВ

Горячий старт

Сердца и моторы 2

выложено на http://mitridat.bos.ru
OCR & ReBook Formatted by Ksu Datch, 2002



2nd Master Boot Record:
boot
:step_00 "ctrl"
:start prepare process
rem {Control}
rem Расширение стандартных функций.
!TASK 08
[OWNER: Shade]
    Мнемоюсты казались горячими. Шейд, находясь в Сети, почему-то всегда 
чувствовал их прикосновение к вискам. Он был там, в сплетении информационных 
потоков, обратившись в тусклую искру, но искра эта всегда помнила, что на самом 
деле расслабленно сидит в кресле перед голокубом, касается пальцами клавиатуры и 
что к вискам прилеплены две начиненные наноэлектроникой таблетки. Две створки 
ворот в виртуальный мир.
    В Сеть.
    Сеть любит опытных. И сильных. В сущности, любой мир благосклонно относится 
только к сильным и опытным, а слабака бьет; часто - насмерть. Сеть ничем не 
нарушает этот старый закон. А значит, думал Шейд, Сеть заслужила право 
именоваться миром. Новым миром, живущим по своим правилам и своим законам. Этот 
мир нравился Шейду куда больше, чем реальность, потому что в реальности Шейд был 
всего лишь толстым подростком, который еще полвека назад неизбежно носил бы 
уродливые очки в роговой оправе и которого безжалостно травили бы сверстники в 
школе.
    В школу Шейд не ходил. Зачем? Все знание мира сконцентрировалось в Сети, а 
здесь Шейд сызмальства был своим. Он учился, не покидая уютного кресла. А вместо 
очков однажды поставил вечные контактные линзы. Затененные. С тех пор он взял 
себе псевдоним - Shade - и через это затенение смотрел на окружающий мир.
    И на Сеть в призрачном объеме голокуба - тоже.
    Эта иллюзорная завеса - изомерное напыление на плоских кругляшах оптического 
пластика - вдруг стала границей между прошлой жизнью Шейда и жизнью будущей.
    Линзы Шейд купил на гонорар с первого заказа. Заказа на лом хиленького холда 
одной мелкой компании в Москворечье. Именно в момент, когда дубовая защита 
рухнула, холд был надежно отсечен от Сети и Шейд получил доступ к заказанным 
файлам, он понял - пора ученичества закончилась.
    В принципе проделать все то же самое Шейд был в состоянии три, а то и пять 
лет назад. Но кто заказал бы лом двенадцатилетнему мальчишке? Правильно, никто. 
Шейда не смутил тот факт, что первый заказ был легким. А деньги, как известно, 
не пахнут. Тем более первые самостоятельно заработанные деньги. Тем более 
виртуальные деньги, а не наличные.
    Второй заказ был сложнее, с этим Шейд без проблем совладал бы, только 
начиная с четырнадцатилетнего возраста. И стоил такой заказ побольше. На гонорар 
Шейд оплатил канал потолще и логин флэш-линка с сервером достаточно крупным, 
чтобы комфортно шастать по Сети, и достаточно мелким, чтобы заниматься 
потихонечку хакингом. Жизнь сразу облегчилась. Заказы стали регулярными. Шейд 
терпеливо потрошил чьи-то файлы, заодно накапливая опыт. Нет, не опыт сетевика - 
его заказы по-прежнему оставались примитивными и были давно пройденным этапом. 
Опыт менеджера - ибо собственным менеджментом Шейд никому не доверил бы 
заняться. Он учился работать с заказчиком, определять его платежеспособность и 
прикидывать вероятность нечистой игры. Несколько раз Шейда надували - работа 
оставалась неоплаченной. Но Шейд был к этому готов, поэтому не очень огорчался.
    Он хорошо помнил историю Кевина Митника в эпоху доисторического царствования 
VAX и компании Digital Equipment. Поэтому на мелкое и бессмысленное хулиганство 
Шейд не разменивался. Только работа, более ничего. Все, что Шейд делал в Сети по 
собственной инициативе, не могло считаться противозаконным.
    Сегодня он просто блуждал по ссылкам, без особой системы, исключительно для 
развлечения. Он-лайновые сайты виртуального присутствия давным-давно перестали 
быть диковинкой; виртуальные бары и игротеки - тоже. Шейд предпочитал бродить по 
закоулкам компьютерного мира наугад, словно пешком по чужому городу. Мнемоюсты 
переводили сухой бинарный язык протоколов передачи данных в буйство трехмерных 
образов, и они же транслировали желания Шейда обратно на язык команд. Это было 
невероятно удобно. Это позволяло миллионам технически безграмотных пользователей 
чувствовать себя в Сети вполне вольготно. Пользователям грамотным - просто 
сильно упрощало жизнь. Компьютерных гуру - пожалуй, забавляло. Но так или иначе 
мнемоюстами пользовались теперь почти все, хотя старая добрая клавиатура 
по-прежнему оставалась неизменным атрибутом любого компьютера.
    От бездумного лазания по ссылкам Шейд постепенно перешел к более интересному 
занятию: заходил на чей-нибудь сайт, на главную страничку, а потом начинал 
подставлять пути наугад. На каждом сайте есть данные, не обозначенные в 
свободном доступе, но тем не менее никак не защищенные или защищенные весьма 
слабо. До них не добраться по ссылкам - только случайной подстановкой.
    http://sannata.ru - набрал Шейд в адресной строке броузера. Заглавная 
страничка начала послушно грузиться.
    http://sannata.ru/root/ - добавил Шейд. В голокубе тотчас вспыхнуло 
сообщение об ошибке.
    http://sannata.ru/public/ - изменил Шейд. Снова ошибка. Он пробовал снова и 
снова, подставляя наугад названия возможных каталогов. И вот, наконец, вариант 
http://sannata.ru/incoming/ сработал. Загрузилась чистая страница. Но это еще 
ничего не значило - главное, что каталог incoming/ существовал. А данные в нем 
вполне могли иметь флаг vhidden и поэтому казаться невидимыми случайному 
посетителю. Случайный посетитель, потыркавшись впустую, спустя какое-то время 
неизбежно ушел бы. Но только не Шейд. Впрочем, Шейд и не был случайным 
посетителем. У него имелись в запасе кое-какие трюки и возможности, чтобы суметь 
прочесть содержимое нужного каталога. И он уже было собрался прибегнуть к 
наиболее простому и надежному методу, машинально левой рукой прижимая мнемоюсты 
покрепче к вискам, а правую занесши над клавиатурой...
    Призрачная зыбь голокуба раздалась, впитывая комнату, Шейда - все ближайшее 
окружение. Шейд перестал быть толстым подростком: теперь он обратился в матовый, 
похожий на каплю темной ртути сгусток. Тело его осталось в кресле перед 
клавиатурой и голокубом. А освобожденный разум скользнул в киберспейс. 
Виртуальное пространство информационного мира.
    Чужой каталог /incoming изнутри был похож на пустой стакан из-под молока. 
Цилиндр с непрозрачными белесыми стенами. Вверху темнело пятно с двоеточием - 
выход в корневой каталог; внизу располагалась череда темных полос с 
неразборчивыми надписями - вход в каталоги низших уровней. И несколько серых 
бесформенных комков у стен - массивы данных. Файлы.
    Чутье не подвело - этот каталог только казался пустым; программа Шейда 
обходила защиту, обеспечивающую скрытость. Именно поэтому файлы и надписи на 
темных полосах стали заметны; но программа еще не отработала цикл до конца, 
поэтому надписи хоть и обозначились - пока не читались.
    Время в виртуальном мире течет иначе; Шейд оцепенел, ожидая окончания цикла.
    И тут его крепко взяли за шиворот. Шейд рванулся - тщетно. Словно в тиски 
угодил. От неожиданности и испуга Шейд на миг стал малиново-красным, но быстро 
взял себя в руки.
    В реале происходило следующее: кто-то из //sannata.ru пробрался в компьютер 
Шейда и сейчас методично, но настойчиво перехватывал управление запущенными 
процессами. И - что самое непостижимое - перехватывал успешно.
    Шейд не был зеленым новичком: и из-под логина с полными правами доступа к 
собственной системе он никогда в Сеть не ходил. НИКОГДА. Кроме того, удаленный 
доступ к дискам на компьютере Шейда был сознательно отключен, дабы пресечь 
попытки похозяйничать "дома", на холде.
    А сейчас Шейд с ужасом наблюдал, как кто-то невидимый, но могучий открывает 
доступ к дискам ~#sharing: /on /f, а затем командует: ~# reboot.
    По идее, Шейда должно было выбросить из киберпространства; ему полагалось 
снова оказаться в кресле перед голокубом, перед перезапускающимся компьютером.
    Не тут-то было - Шейд по-прежнему оставался в молочном стакане каталога 
/incoming на //sannata.ru.
    Похоже, компьютер Шейда перегружали по-горячему, когда процессор и чипсет 
остаются запитанными, а сбрасывается только содержимое оперативной памяти да 
заново грузится система.
    Остро ощущая собственную беспомощность, Шейд видел, как в голокубе 
самопроизвольно возникают строки:
  ~#login: root
  ~#password: ************
  ~#welcome, Shade!
    И, естественно, грузится сисадминский менеджер.
    Все. Чужак полностью захватил компьютер Шейда. Он мог сделать все, что 
захотел бы. Считать, отредактировать или удалить любые файлы. Изменить настройки 
системы. Переформатировать локальный диск.
    Но почему-то медлил.
    И вдруг в белесом полумраке молочного стакана "Саннаты" сгустилась 
продолговатая тень. Миг - и перед тускло-ртутным комком-Шейдом соткалось 
объемное изображение. Парень в синем спортивном костюме и белоснежных кроссовках 
неизвестной Шейду фирмы "Montray" с эмблемой, отдаленно похожей на сетевую 
"собаку" @.
    - Эй ты, - сказал парень наполовину раздраженно, наполовину равнодушно. 
Сочетание получилось странное, но Шейд не сумел иначе сформулировать 
эмоциональный фон хозяина "Саннаты". - Прими нормальный вид, поговорим...
    И Шейда чуть-чуть отпустило. Улизнуть он все равно не мог, а вот изменить 
сетевой облик - вполне. Шейд послушно нацепил одну из загодя припасенных личин - 
хмурого, щуплого, небритого-нестриженого-нечесаного припанкованного парня в 
кожаном прикиде и (для контраста) босиком. При виде этого пугала некто в 
спорткостюме брезгливо поморщился. Но все же заговорил:
    - Кто ты такой, Шейд?
    - Хакер, - честно сознался Шейд. Врать в момент, когда тебя потрошат в 
пределах чужого холда, - чистое безумие.
    - Хакер, - с непонятным удовлетворением произнес собеседник. - И что тебя 
занесло на "Саннату"?
    - Любопытство. Я бы не стал ничего ломать. Вы не поверите, конечно, но я не 
занимаюсь бестолковым взломом чужих систем.
    - Отчего же не поверю? - вопросом на вопрос ответил парень. - Я взглянул на 
твое хозяйство. Ты действительно не малолетний идиот, каким притворяешься. Будь 
добр, прими облик, максимально близкий к реалу. Кстати, я сейчас выгляжу именно 
так, как выгляжу в настоящей жизни. Уважь хозяина, а?
    Истинную личину Шейд еще ни разу не надевал в Сети, но сотворить ее 
оказалось нетрудно - парень из "Саннаты" разблокировал доступ к каталогу с 
небогатой коллекцией собственных голограммок и обработчику изображений. Шейд 
наскоро склепал виртуальную оболочку себя настоящего и наскоро втиснулся в нее.
    Оказалось, находиться в Сети облаченным в почти настоящее тело очень удобно.
    - Хм... - удивился парень. - Ты все-таки еще пацан. Но ничего, мне кажется, мы 
сработаемся.
    "Сработаемся?" - подумал Шейд настороженно.
    - Сработаемся, - подтвердил парень. "Он читает мысли?" - сваливаясь в легкую 
панику, понял Шейд.
    - Читаю, - опять подтвердил парень. - А ты чего ожидал? Меня зовут Камилл.
    - Камилл... - шепотом повторил Шейд.
    - Да. Необычное имя для Москвы, верно? Но не бойся: я не иностранный шпион. 
Я вообще не из вашего мира.
    - Как это? - удивился Шейд.
    - Встречал программки, помеченные значком "Зонул Сенсера"? Вот таким. - 
Камилл шевельнул рукой, и в пространстве холда зажглась пылающая строка из 
одного-единственного замысловатого символа.
    Одновременно в каталоге //sannata.ru/incoming создался открытый 
текстографическим редактором стодвенадцатибайтный файл h2f87g0k.tmp.
    - Встречал пару раз... - подтвердил Шейд.
    - Они не показались тебе странными?
    - Ну, - протянул Шейд неопределенно, - вообще-то нечто потустороннее в них 
есть...
    - Потустороннее? - Камилл воодушевленно ухмыльнулся. - Ты даже не 
подозреваешь, насколько ты прав, парень! Это действительно наши программки. Из 
моего мира. Из-за барьера.
    - Барьера?
    - Миры - а их очень много - отделены друг от друга силовыми барьерами. Наши 
миры - соседи. Мы находимся по разные стороны барьера. Но обмен информацией идет 
уже давно, хоть и мало кто об этом осведомлен. Впрочем, это знание тебе вряд ли 
понадобится. Ты сделаешь для меня кое-какую работенку в моем мире. А потом 
вернешься. И не советую отказываться, я уже скачал кое-какие результаты твоих 
художеств в "Один-ЭС" и "Фаргусе". Думаю, сетевое секьюрити, что "Один-ЭС", что 
"Фаргуса", живо этими данными заинтересуется...
    Шейд побледнел - и в реале, и в виртуальности. То задание и впрямь могло 
доставить множество неприятностей, вплоть до упечения за решётку на некоторый 
довольно значительный срок. Шейд согласился только потому, что совершенно точно 
знал, как выполнит заказ и как обеспечит собственное инкогнито. Ни одна из 
компаний так и не отследила Шейда. И если бы не этот непонятный чужак, данные 
навсегда бы потерялись для остального мира. Или миров, если Камилл не врет и 
миров действительно много...
    - Какую работу?
    - Потом узнаешь. А сейчас ты выйдешь из Сети, дождешься, пока за тобой 
зайдут, и отправишься с тем, кто зайдет, куда он скажет. Не советую трепыхаться, 
Шейд. А если все сделаешь как надо - еще и заработаешь кое-какие деньги. Ты все 
понял?
    - Да... - прошептал Шейд.
    Тотчас его выбросило из Сети. Дрожащей рукой Шейд сдернул с висков мнемоюсты 
и опасливо взглянул в голокуб. Голокуб полнился синевой сообщения о фатальном 
сбое системы. Это сообщение часто называли BSD - Blue Screen of Death, хотя 
часть юниксоидов подобного юмора демонстративно не понимала.
    Шейд отключил питание - его терминал, снабженный всей необходимой начинкой 
(вроде локального диска), чтобы называться полноценным компьютером, послушно 
уснул. Голокуб погас. И в тот же миг в прихожей затюрлюлюкал звонок. Кто-то 
пожаловал.
    На негнущихся ногах Шейд проковылял к входной двери.
    - Кто? - спросил он; голос при этом постыдно сорвался.
    В Сети Шейд не боялся ничего - до сегодняшнего дня. А вот в реале... Каждый 
выход из уютной берлоги на двенадцатом этаже блочного двухподъездного монстра в 
Перово был для Шейда испытанием. Случалось, у него отбирали деньги прямо перед 
домом местные шалопаи. Случалось даже профилактически огребать по физиономии. 
Шейд боялся внешнего мира до дрожи в коленках. А уж после сегодняшнего визита на 
"Саннату"...
    - Гости, - отозвались из-за двери. - Открывай, я от Камилла.
    Шейд послушно отомкнул замок и отступил от двери.
    Вошел парень примерно одних лет с Шейдом, но гость в отличие от хозяина был 
строен, подтянут, мускулист. Прическа ежиком. Взгляд колючий и жесткий, словно 
сталистая проволока. Одет, как и виртуальный Камилл, в синий спортивный костюм и 
белые кроссовки загадочной фирмы "Montray".
    - Привет. Собирайся. Машина ждет.
    Шейд вяло кивнул. Собираться? А что это значит?
    Подумав, он натянул вместо бесформенных тренировочных брюк "выходные" 
джинсы, а вместо выцветшей футболки - легкий свитер. Носки. Кроссовки, почти не 
ношенные, хотя Шейд купил их больше двух лет назад. Большую часть времени 
кроссовки пылились в прихожей, под вешалкой.
    - Готов? - нейтрально осведомился гость. - Пошли.
    Шейд нашарил ключи на крючке слева от двери, выпустил парня в спорткостюме, 
вышел сам, запер дверь и лишь в этот момент невероятно остро ощутил животный 
страх и безоговорочное замешательство.
    Неизвестность. Неизвестно во что он вляпался. И это страшило больше всего.
    Лифт все еще стоял на этаже, так что вниз спустились очень быстро. У 
подъезда стояла вишневая "тридцатка" без единого наворота вроде спойлеров или 
тонированных стекол. Даже обязательного чертика на веревочке под лобовым стеклом 
не нашлось.
    Парень кликнул пультиком охранной системы; машина мигнула фарами, смешно 
квакнула, и раздался отчетливый щелчок разблокировки дверей.
    - Садись. - Парень приоткрыл правую переднюю дверцу.
    Шейд молча сел, пытаясь совладать с собой. Получалось плохо. Он боялся. 
Очень боялся.
    Во время дороги никто не проронил ни слава. Парень сосредоточенно рулил, 
Шейд затравленно глядел в окно. Ехали сначала к центру, потом по проспекту 
Газизова; где-то неподалеку от "Чашки" юркнули в узкий переулок. Перед на 
удивление запущенным с виду шестиэтажным домом "тридцатка" замерла, и Шейду 
велели вытряхиваться.
    Потом его провели сквозь ушибленный ремонтом холл во вполне приличный офис - 
а по внешнему виду здания сроду не скажешь, что внутри есть такие ухоженные 
помещения.
    Проводник предупредительно распахнул перед Шейдом дверь в кабинет. Шейд 
послушно шагнул через порог и сразу же встретился взглядом с тем, кого совсем 
недавно встретил в виртуальности, в пределах холда "Саннаты". С Камиллом.
    - Здравствуй, Шейд, - сказал Камилл, и в тот же миг парень-проводник 
коротким выверенным движением рубанул Шейда ребром ладони по шее.
    Свет померк.
    - Прощай, Шейд, - добавил Камилл.
    Но Шейд этого, естественно, не услышал.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    Теперь у Аурела был новый мотоцикл: IBM-7200. Перегон стлался под колеса, 
ветер ревел, обтекая шлем, и мчали они вдогонку за свободой, слившись в единую 
сущность: человек и механизм. Сити уже виднелся вдали, полускрытый колышущимся 
маревом прогретого летнего воздуха. Аурел много раз покидал Сити, надолго и 
ненадолго. Вопрос - когда возвращаться? - еще совсем недавно мало его заботил.
    Теперь заботил, потому что у Аурела с некоторых пор было к кому 
возвращаться. Его ждали. Вернее - ждала. Она. Тири. Девчонка в неизменных очках 
со стеклами в форме звездочек.
    Они осели на восточной окраине Сити, у самого шлюза. Поближе к перегону, 
потому что любили скорость и мощь мотоциклетных моторов. Четыре месяца - четыре 
месяца сказки, безумия и еще бог знает чего. Им было хорошо вместе, а что еще 
нужно влюбленным для счастья и эйфории? Только скорость...
    Они редко ходили в Сеть, поскольку слишком свежи еще были раны. Раны не 
телесные - раны в душах. Но как бы они ни сопротивлялись - Сеть звала. И 
мало-помалу Аурел с Тири стали задерживаться в Сети все дольше и дольше.
    Аурел проскочил шлюз, свернул на аллею и подкатил к дому, который они с Тири 
снимали, - небольшому зданию с плоской крышей и махоньким шпилем 
высокочастотного диала "Ретактор". Закатив "ай-би-эмку" в бокс, Аурел вошел в 
дом. И сразу понял: Тири пребывала в Сети. Она расслабленно сидела в кресле 
перед терминалом, а мнемоюсты, разумеется, лежали рядом с клавиатурой. Пальцы 
Тири время от времени вычерчивали на клавиатуре замысловатый танец набираемого 
текста. Не команд - именно текста. Тири общалась с кем-то в чат-режиме.
    Влезать третьим Аурелу не хотелось - он уважал свободу своей подруги, но 
едва Аурел включил терминал и риска видеотрека выплюнула в пространство 
геометрический призрак голокуба, стала видна записка на десктопе:
  [Ури, присоединяйся к Аста_221.Р\/Т. Это важно!]
    Аурел хмыкнул, вошел в Сеть, сконнектился с чат-сервером, выбрал из списка 
нужную локалку и подключился. Практически сразу его втянуло в расширенный 
приват.
    Он оказался на полянке в лесу с неправдоподобно высокими деревьями. Прямо на 
траве возлежал тучный бородач в полосатом домашнем халате; перед ним на рыжем 
пеньке, по-турецки скрестив ноги, устроилась Тири в практически неотличимом от 
реала облике. Только волосы ее в виртуальности оказались окрашены в разные 
цвета.
    - Привет, Ури, - поздоровалась Тири. - Знакомься, это Энди Трушин.
    Об этом хакере, успевшем стать легендой еще при жизни, Аурел, конечно же, 
слышал. Но знал Аурел и то, что Энди Трушина уже больше четырех месяцев нет в 
живых, что погиб он как раз во время охоты на Аурела. И что Трушин был одним из 
тех, кто на Аурела охотился, Аурел тоже знал.
    - Привет, - поздоровался Аурел хмуро.
    - Привет, Ури, - странно объемным голосом поздоровался бородач. Такое 
впечатление, что он прикрутил к стандартному волновому синтезатору реверберацию. 
Только зачем? Выходка, достойная какого-нибудь сопляка, без году неделя как 
влезшему в Сеть.
    - А я слышал, что тебя убили.
    - Это правда.
    Аурел озадаченно умолк, хотя пальцы его уже приготовились отстучать 
очередную реплику.
    - То есть... как правда? Ты что, запись?
    - Ну, в определенном смысле - запись, - согласился Энди.
    - Погоди, - пробормотал совершенно ошеломленный Аурел. Набирая это короткое 
слово, он дважды запнулся, и пришлось дважды нажимать на бекспейс. - Разве можно 
разговаривать с записью? Или ты что-то вроде всиса?
    Всисом сетевики называли простую программульку, полностью именуемую 
"виртуальный сисоп". Программка умела притворяться человеком и вести 
полуосмысленную беседу; основными пунктами, обеспечивающими правдоподобие, была 
манера отвечать вопросом на вопрос и умение вычленять из обращений ко всису 
ключевые слова и обрабатывать их в нужном контексте.
    - Нет, Ури, я не всис. Я - Энди Трушин, лишенный материального тела. По 
неизвестной мне причине мое сознание осталось в Сети. Я - призрак. Но я помню и 
знаю все, что помнил и знал человек по имени Энди Трушин.
    - Разве это возможно? - не поверил Аурел.
    - Получается - возможно, - уныло констатировал Энди. - Хотя я и не понимаю, 
как это реализовано. Я чувствую себя просто как во время погружения в 
виртуальность. Но не могу из нее выйти. Впрочем, я не за этим тебя позвал. Мне 
нужно многое рассказать тебе, Ури. Тебе и твоей девушке. Ей я уже кое-что 
поведал. Это касается вас обоих и еще того, из-за кого произошли небезызвестные 
тебе события четырехмесячной давности. А именно - Камилла.
    Аурел насторожился. Личность Камилла, действительно сыгравшего роковую роль 
в судьбах большого количества людей, по-прежнему интересовала его, хоть он и 
пытался убедить себя в обратном.
    - Рассказывай, - потребовал Аурел.
    - Расскажу, - пообещал Энди. - Только давай для начала проясним ситуацию. 
Первое - я ваш союзник, поскольку тела меня лишил именно Камилл, хоть 
исполнителем и выступила какая-то девчонка, похожая на твою Тири. Второе - я 
понятия не имею, зачем рассказываю вам все это. И третье - я не знаю, как 
воспользоваться информацией, которую успел раскопать еще человеком и до которой 
окончательно добрался уже будучи призраком.
    Аурел промолчал. Да, собственно, речь Энди и не предполагала ответа.
    Энди лениво перевалился на другой бок, на миг потерял четкость очертаний и 
словно бы вывернулся наизнанку. Он снова лежал лицом к Аурелу и Тири.
    - Призрак... - пробормотал Аурел.
    - Давай так: я хочу услышать твою версию недавней одиссеи.
    Аурел нахмурился - ему вовсе не хотелось ворошить прошлое. Он невольно 
покосился на Тири и неожиданно встретился с ее умоляющим взглядом.
    - Расскажи, Ури! Это важно, правда важно!
    - Да что тут рассказывать... - неохотно начал он. - Камилл нанял меня слить 
какие-то файлы у Лощинина. Я слил. В процессе этого мне в башку закачали еще 
что-то. Потом меня провели по перегону аж до Волицка. Там Камилл выковырял из 
меня все предварительно спрятанное; что с файлом сделал - не знаю, а меня отдал 
Платонову, мир праху его...
    Энди энергично затряс головой.
    - А вот и нет. Все было совсем иначе.
    - Иначе? - переспросил Аурел недоверчиво.
    По правде говоря, где-то глубоко в сознании действительно крылось 
подозрение, что не все так просто и однозначно, как кажется. Но Аурелу, 
во-первых, не хотелось возвращаться к пережитому даже мысленно, а во-вторых, все 
равно невозможно было добыть новые факты. И вот - призрак погибшего Трушина...
    - Иначе, Ури. Ты был просто ширмой. Знаешь старый бандитский трюк? 
Провернуть крупное дело, а следом всосать килограмм водки, затеять драку, 
расколотить витрину и сесть месяца на три за мелкое хулиганство. В тюрьме никто 
искать не станет, а за это время крупное дело постепенно уходит на задний план, 
интерес к нему утрачивается... Понимаешь?
    - Не очень, - признался Аурел, хотя на самом деле обо всем уже догадался.
    - Камилл воровал файлы вовсе не у Лощинина. У другой... конторы. Расположенной 
в том же здании. Причем у них файлы Камилл только скопировал. Но ему нужно было 
замаскировать доступ в местную сетку, вот он и нанял тебя выпотрошить Лощинина 
для отвода глаз. А в первой конторе ничего не пропало, понимаешь? И контора не 
отреагировала на вторжение извне - у них-то ничего не пропало. Трюком с ломом 
Лощинина Камилл отвлек внимание от основной операции.
    - И что это были за файлы? - не особо рассчитывая на ответ, поинтересовался 
Аурел.
    - Не знаю, - отрезал Энди. - Какие-то новые сетевые технологии. Но я точно 
выяснил: обладающий ими получает громадную власть. Камилл с самого начала играл 
на нескольких фронтах. Технологии, за которыми он охотился, Камилл решил 
внедрять за барьером, в Москве. Он довольно быстро вычислил нескольких спецов, 
способных ему помешать. Но уничтожать их Камилл не стал, он сыграл тоньше. Он 
втянул их в игру на своей стороне. Бая помнишь? Это один из тех, кого Камилл 
опасался больше всего. Теперь его нет в Москве. Теперь он здесь.
    - Погоди, - остановил Трушина Аурел. - Как это нет в Москве? Через барьер 
ведь отсылается только копия. Оригинал остается в месте старта.
    Энди скорчил недовольную гримасу.
    - Жертвы пропаганды... - пробормотал он вполголоса. Затем бегло набросал на 
лице выражение безграничного терпения и пояснил; - Официальная точка зрения не 
совсем... верна. Точнее, не отражает всей правды. При психокопировании копия 
всегда отличается от оригинала. Незначительно. Но все же отличается. А главное - 
наполнением копии и оригинала можно манипулировать. В известных пределах, 
конечно. Например, при переброске Бая к нам цельность его личности была 
нарушена. Все дерзкое, пытливое и предприимчивое приехало сюда. А в Москве 
остался инертный и ленивый субъект, похожий на Бая только отчасти. Тот, что 
остался, - Камиллу не опасен. А тот, что попал сюда, - не захочет возвращаться. 
Гениальный ход. Я преклоняюсь перед Камиллом, хоть он и редкостный негодяй.
    - А остальные? Они ведь даже не все нормальные сетевики...
    - ТПшники - команда. Их можно нейтрализовать либо всех сразу, либо лучше 
вообще никого не трогать. Камилл бил наверняка. Скажем, Син точно должен был 
вернуться. Поэтому именно ему в голову закачали предназначенные для Москвы 
данные. Чена матрицировали так, чтобы копия пожелала остаться у нас. Тигр и Сема 
на особые роли не годились - с ними даже возиться не стали. Шлепнули на месте, и 
дело с концом.
    - А что же Камилл хранил у меня в голове?
    - У тебя - ничего. Ровным счетом ничего, - устало сообщил Энди.
    - Зачем же меня таскали в тот грузовичок? - удивился Аурел. - Не для 
развлечения ведь?
    - Конечно, нет. Твою копию отослали в Москву.
    Аурел напрягся. Новость была неожиданной и бьющей наотмашь. Его копия сейчас 
в Москве! Точнее, если верить Энди, даже не копия, нет. Кто-то похожий на него, 
унаследовавший многое, но не все. А значит, забравший с собой частичку 
настоящего Аурела.
    Ошеломленный этим открытием Аурел взглянул на Тири.
    - Я что... изменился с тех пор?
    - Не знаю, Ури, - прошептала Тири. - Я только знакомлюсь с тобой истинным. 
Откуда мне знать, каким ты был раньше?
    - Твоего двойника лишили свободы воли, - сказал Энди жестко. - Он всего лишь 
марионетка в руках Камилла. Но при этом он знает о Сети не меньше твоего. И 
умеет соответственно столько же. Твой двойник - один из главных козырей Камилла.
    Энди ненадолго умолк.
    - Вот как... - пробормотал Аурел, снова не попадая по клавишам... - Значит, Бая 
он перетащил сюда, а послушную мою копию перебросил в Москву... Гроссмейстерская 
рокировка!
    - Не факт еще, что я разнюхал все ходы Камилла, - угрюмо заметил Энди. - Он 
ведет такую сложную многоуровневую игру, что один-единственный упущенный факт не 
позволяет разглядеть картину в целом.
    - Пусть так. - Аурел резко подался вперед. - Но зачем ты мне все это 
рассказываешь?
    Энди уронил голову на траву; лицо его стало грустным.
    - Мне скучно, Ури. Мне нечем заняться здесь, в Сети, я тут заперт. Мне нет 
возврата в мир живых, и виноват в этом Камилл. Можешь считать, что я затеял 
маленькую месть. Впрочем, почему маленькую? Большую. Глобальную кровавую 
вендетту. Он замыслил что-то недоброе, Ури, и я без особых угрызений возьму на 
совесть его смерть.
    - Ты думаешь его убить?
    - Да.
    - Как?
    - С твоей помощью.
    Аурел внимательно посмотрел на толстяка, развалившегося на травке. Энди 
скорее был похож на прилегшего отдохнуть сенбернара, чем на волка, идущего по 
следу.
    - А почему ты думаешь, что я стану помогать?
    - Потому что часть тебя страдает. По вине Камилла. Ты - это не ты настоящий. 
Стать собой ты сможешь, только если "скованного" Аурела вернут из Москвы сюда, 
причем без дополнительных воздействий на матрицу и на твою психику.
    Аурел задумчиво покачал головой:
    - Все это звучит как-то... уж слишком нереально. В это трудно поверить, Энди.
    - Можешь не верить, - глухо сказал Энди. - Главное - помоги.
    - В одиночку?
    - Зачем в одиночку? Бай и Чен тебе подсобят. Да и я постараюсь. В отличие от 
вас для меня барьер проницаем, я ведь всего лишь запись на диске, череда нулей и 
единиц. Информация передается от нас в Москву и без копирования.
    Неожиданно для себя Аурел выпалил:
    - Я согласен.
    - Я с тобой, - немедленно заявила Тири.
    Энди сложил губы дудочкой и несколько раз кивнул:
    - А я и не сомневался... Ладно, дяди и тети. Готовьтесь для начала морально. 
Мне нужно предварительно организовать кое-что. Я найду вас, когда настанет час.
    Энди, кряхтя, поднялся на ноги, задумчиво пошевелил носком тапка примятую 
траву и вдруг свечой взвился в зенит. Прямо в девственную голубизну виртуального 
неба.
    Из Сети Аурел с Тири вывалились одновременно.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    Бай в тот вечер не собирался лезть в Сеть. Он тихо-мирно втащил "Осеннего 
бархата" и запустил телемодуль: по музыкальному каналу сулили концерт "Форнита". 
Музыка, которую исповедовали "Форнит", чем-то напоминала полузабытую в родном 
мире Бая "Агату Кристи". Баю нравилась музыка "Агаты Кристи". Соответственно он 
ожидал, что и. "Форнит" не разочарует.
    Концерт даже еще не начался, когда прозвучал мелодичный сигнал приоритетной 
почты.
    Бай не ожидал срочных писем и, заживо снедаемый любопытством, немедленно 
полез в почтовый ящик.
    Сообщение было коротким и обескураживающим.
  :STATUS [Private mail]
  :FROM [Andy Trushin]
  :TO [Dmitry Baikalov]
  :SUBJECT [Поговорить надо]
  [Hi, Dmitry Baikalov!
  Subj. Жду на холде прямо сейчас.
  Best regards, Bloody Andy.]
    Бай уставился на письмо, пытаясь сообразить, кто и зачем его может 
разыграть. Он прекрасно помнил, что Энди Трушин погиб четыре месяца назад, 
пытаясь выследить Аурела Чогоряну, погиб нелепо и незавидно: был застрелен в 
упор прямо за рабочим терминалом в собственном доме. Кроме того, смущала 
формулировка. Что значит - "жду на холде"? Что некто пролез в отменно защищенное 
личное дисковое пространство Бая? Не то чтобы это было категорически невозможно 
- даже работающие по старинке, без мнемодоступа, хакеры теоретически могли 
отыскать неучтенную лазейку: Впрочем, в удачливого хакера Бай не верил. Скорее к 
нему в гости пожаловал кто-то из таких же, как сам Бай, кибертелепатов. Один из 
немногих, кто способен ходить в Сеть без мнемоюстов. Или талантливый, но 
недалекий мнемоник из молодых.
    Привычное мысленное усилие, и Бай скользнул в Сеть. Пальцы исполнили 
ритуальный танец идентификации; в упругий, чуть подсвеченный снаружи пузырь 
личного холда Бая с вязким чмокающим звуком проник хозяин. Он был похож на 
разгневанное божество, готовое карать и плющить наглеца, ворвавшегося в святая 
святых.
    Гость действительно проник на холд, Бай его сразу отследил, хотя с виду тот 
оказался плоским, как фольга, и серым, как оболочка холда. Служебная программа 
исправно очертила красной каймой контур гостя, показывая, к каким именно файлам 
он прорвался.
    Считав ладонью имена, Бай убедился, что гость перехватил управление 
аниматором и генератором виртуальных пейзажей; причем он не отсек хозяину 
возможность пользоваться и тем, и другим одновременно с собой. То есть вроде бы 
декларировал если не мирные, то более или менее честные намерения: "Я ворвался в 
Ваш дом с револьвером в руке, но и Вам револьвер я схватить не мешаю..."
    Миг - и часть холда засияла, словно внезапно освещенная сцена. Гость умело 
создал стандартный, хотя и достаточно детализированный мирок. Во всяком случае, 
трава в нем состояла из отдельных травинок, а не казалась покрашенным в зеленое 
дощатым полом. Схлопнувшись в похожий на морского ежа комок, гость юркнул в 
созданный мирок, а потом выпростал наружу руку и поманил Бая пальцем.
    У Бая от такой наглости перехватило виртуальное дыхание. Он сразу же 
вознамерился последовать за гостем в пределы свежеслепленного мирка, но прежде 
долгую секунду примеривался - какой облик принять? Хотелось стать чем-нибудь 
ужасным - тираннозавром, карьерным экскаватором или боевым вертолетом. Но мир, 
нарисованный незваным гостем, выглядел идиллически - поляна в лесу, пение 
птичек, голубое в облачках, как заставка известной операционки, небо... Да и сам 
гость, к некоторому удивлению, принял облик толстого бородача, облаченного в 
поношенный полосатый халат. Бородач развалился на росистой травке, рискуя 
подцепить виртуальную простуду.
    - Привет, - сказал бородач, жмурясь на солнышко. - Как дела?
    Бай раздумал обращаться тираннозавром или неким техногенным монстром. Вместо 
этого он обратился в себя - разумеется, несколько проще прорисованного, потому 
что поленился размениваться на детализацию, а поговорить с гостем можно было и 
так.
    - Де-ела-а-а? - ответил Бай нараспев. - Паршиво. Вот на холд кто-то пролез.
    - Я не кто-то, - с достоинством ответил гость. - Я - Энди Трушин.
    Несколько секунд Бай глядел на воскресшего Энди, балансируя на грани 
прострации. Но единственную здравую мысль он все же сумел ухватить за хвост и 
выстроить перед собственными глазами в виде желтой бегущей строки:
  [Я не в реале. В Сети же возможно все...]
    - Х-ха!.. - с сомнением протянул Энди. - Так уж и все...
    - А разве не все? - поинтересовался Бай. - У меня тут затык случился, что 
делать - ума не приложу. Может, чего подскажешь?
    Энди рассмеялся.
    - А ты молодец, Бай. Сразу быка за рога - не слишком мне удивился. 
Покойнику.
    - Так ты жив?
    - Не более чем созданный тобой охранный демон.
    - Как это? - не понял Бай.
    - Человека-Энди убили. Ты ведь знаешь. Но я почему-то остался в Сети. Я даже 
пытался выйти, но ведь человек-Энди мертв. Мне некуда выходить. Я заперт в 
виртуальности. Впрочем, не это главное. Я другое тебе хотел рассказать. О Бае из 
Москвы.
    Что-то кольнуло в груди. Москва... Бай провел в новом мире почти пять месяцев. 
И о Москве вспоминал мало. Но сейчас вдруг вспомнил - остро и щемяще. В 
сущности, часть его осталась там, как в прямом смысле, так и в переносном. Его 
двойник. Копия. Или оригинал, если рассуждать последовательно. Да и по Москве 
Бай успел соскучиться, хоть и выбрал своим домом этот необъятный и плоский мир, 
где жизнь льнет к поверхности и оторваться от нее возможно только в антиполе.
    - Я не буду долго говорить. Лучше соберу всех вместе, там уж и расскажу, - 
сообщил Энди. - Повторяться неохота.
    - Всех? Кого, например?
    - Всех. Тебя, Чена, Аурела, Тири, Злыдня, Жмура... Кое-кого из своих знакомых. 
Пока я посвятил во все только Аурела и Тири. Потому что они станут главными 
действующими лицами моего плана.
    - А я, значит, второстепенным? - обиделся Бай.
    - Ты тоже главным. Только по другому направлению. Я ведь пришел к тебе сразу 
после них, разве ты не заметил?
    - Откуда я знаю, к кому ты ходил, а к кому нет? - Бай поджал ноги и завис 
над лужайкой в позе лотоса.
    Трушин скептически хмыкнул; вероятно, сетевые возможности успели ему 
обрыднуть, и он тянулся к тому, что утратил вместе с телом. К возможности 
поваляться на травке, например.
    - Собирайся. Махнем прямо сейчас. Я только Жмуру со Злыднем отмашку дам...
    - А что мне собираться? - Бай развел руки в сторону и показал Энди пустые 
ладони. - Я как верблюд. Все мое ношу с собой.
    - Я тоже. С некоторых пор...
  ~#CONDITION: NET BROWSING
  ~#MODE: TUG
    - Тогда цепляйся. - Энди протянул руку и стряхнул в пространство перед собой 
адресную строку.
    Читать ее было незачем - Бай просто прокинул ее через буфер в адресное поле 
броузера и мысленно утопил Enter_.
    Энди Трушин воспарил, как воздушный шарик. Странно, но толстяк мгновенно 
утратил внешнюю неповоротливость, теперь он очень напоминал космический челнок 
за миг до старта. Бай решил не мешкать: соткал тонкую нить с кошкой на конце, 
размахнулся и метнул ее в сторону Энди. Кошка зацепилась за халат.
    - Поехали! - весело сказал Энди.
    Челнок стартовал; Бая увлекло следом. Они неслись сквозь Сеть, по неощутимым 
цифровым магистралям, вгрызаясь в обычный сетевой траффик и распихивая в стороны 
многочисленные пакеты. Кто-то шарахался с дороги - это они перекрывали доступ 
юзерам-немнемоникам, вынуждая тех уныло таращиться в сообщения об ошибках. 
Кто-то почтительно пропускал - это выстраивались в очередь на доступ мнемоники. 
Все это длилось миллисекунды. Не будь Бай способен обходиться без мнемоюстов, 
вряд ли бы он успевал обрабатывать такую прорву информации. Но человеческий мозг 
кое в чем превосходил даже мощь современных компьютеров и коммуникаций. Главное 
- не ограничиваться пропускной способностью мнемосогласователей.
    Бай не ограничивался.
    Секунды - и они ворвались в переделы чьего-то холда, защищенного не хуже, 
чем родные пенаты Бая. Церберу на входе Энди заткнул пасть сверкающим комочком 
пароля, рванул за нить, так что Бай оказался рядом, сграбастал его за шиворот, 
дернулся и наконец замер.
  ~#CONDITION: NET BROWSING
  ~#MODE: FINISH
    - Все, - сообщил Энди. - Знакомься.
    Холд выглядел как дворик загородного дома. С трех сторон - сплошная зеленая 
изгородь (не то дикий виноград, не то нечто подобное), с четвертой - фасад 
двухэтажного коттеджа с крутой черепичной крышей и башенкой у крыльца. К крыльцу 
примыкала веранда; виноград забирался на ее кровлю с торца коттеджа. На веранде 
стоял стол; за столом сидели шестеро. Троих из этой шестерки Бай знал.
    В первую очередь, конечно же, Чена - приятеля, бывшего коллегу по ТП и тоже 
москвича, решившего в Москву не возвращаться.
    Кроме него - Аурела и Тири. Парня, из-за которого ТПшники очутились в этом 
необычном мире и которого долго ловили в Сети и в реале; и подружку его Бай тоже 
узнал сразу.
    Еще за столом сидели: грузный, чем-то неуловимо похожий на Энди субъект, 
лысоватый мужичок в вечно съезжающих с переносицы очках и флегматичный парнишка 
сплошь в джинсе вплоть до кепки.
    - Привет, коллеги. - Энди помахал ручкой. - Вот и мы.
    - Здрасте, - сдержанно поздоровался Бай.
    - Это Бай, - представил Бая Энди. - Наш козырь из-за барьера. Знакомьтесь. 
Это, - Энди указал на грузного, - Злыдень. Это Жмур (лысоватый). Это РусТех 
(флегматик в джинсе). Остальных ты знаешь...
    - Особенно его... - Бай демонстративно обменялся рукопожатием с Ченом и сел с 
краешку. Остальные по-свойски кивнули ему.
    Чен, как всегда, едва заметно улыбался, но по выражению лица невозможно было 
прочесть его истинные мысли.
    - Напоминаю, что все присутствующие в данный момент носят не личину, а облик 
из реала.
    "А значит, все ходят в Сеть без мнемоюстов, раз такая мощная детализация, - 
домыслил Бай. - Кроме, конечно, Энди - ему в Сеть ходить не нужно, он всегда в 
Сети..."
    Баю стало немного стыдно за свой полусхематичный облик; он живенько скачал 
собственную голограмму и наскоро усложнил рабочий манекен. Остальные ждали, 
причем Бай понял, что они внимательнейшим образом сопоставляют его работу с 
затраченным временем. Тоже ведь показатель.
    Наконец Бай счел, что выглядит сообразно моменту. Энди деликатно помедлил 
секунду-другую и вместо того, чтобы встать на ноги, взлетел над дощатым полом 
веранды. Вместе со стулом. В сидячем, понятно, положении.
    - Коллеги, не могу сказать, что в нашем распоряжении масса времени. Даже со 
скидкой на скорость сетевых процессов. У каждого, к сожалению, слишком еще много 
оставшегося от людей. В общих чертах каждый из вас знает, зачем я всех собрал. 
Каждый знает кусочек недавней истории. По-моему, пришло время сложить эту 
замысловатую мозаику... для всеобщей выгоды. Заранее прошу извинить, если буду 
растолковывать известные кому-нибудь вещи - вполне возможно, что прочие этого не 
знают. Принимается?
    Злыдень шумно всхрапнул и огляделся.
    - А... Почему было не собраться в реале? - спросил он. - Нас не подслушают?
    - Не подслушают, - заверил Энди. - Кишка тонка. Что же до встречи в реале, 
так мы слишком разнесены для этого. Аурел и Тири - в Сити. Ты со Жмуром - в 
Еланце. Бай - в Зеленодольске. Чен - в Волицке. РусТех - вообще в зоне высадки. 
Ну а мне, как ты понимаешь, затруднительно вернуться в реал.
    - Точно не подслушают? - сварливо уточнил дотошный Злыдень.
    Энди сокрушенно покачал головой, отчего все кресло заколыхалось из стороны в 
сторону (во проработка! - с завистью оценил Бай).
    - А ты пощупай защиту, - посоветовал Энди.
    Злыдень оглянулся и наугад ткнул рукой в потолок; рука его неестественно 
(для реала) вытянулась, словно у героя дрянного фантастического фильма.
    - Ух ты, - сказал Злыдень спустя несколько секунд. - Так мы не в Сети?
    - Угадал, - подтвердил Энди. - Не в Сети. Если совсем точно, то в Сети, но в 
Сети локальной. Один сервак и четыре терминала. Эдакий суровый междусобойчик. 
Логов, кстати, никаких не ведется, так что надейтесь только на человеческую 
память.
    Даже короли мнемоюстов - хакеры нового поколения - не были способны на 
такое. Войти, пусть даже и по наводке служебного TUG'a, в обособленную локальную 
Сеть.
    Бай смог. И остальные смогли. И это соображение служило лучшей иллюстрацией 
способностям компании, которая тут собралась.
    - Ладно, Злыдень, расслабься... Дерганый ты какой-то стал последнее время.
    - Ты бы тоже стал, если б Рюкзака рожей на терминале увидел, - мрачно изрек 
Злыдень; Жмур при этом непроизвольно вздрогнул и суетливо поправил очки.
    - Хватит и того, - жестко сказал Энди, - что я видел рожей на терминале 
себя. И все было в кровище - что рожа, что терминал.
    Злыдень моментально смутился и опустил взгляд.
    - Прости...
    И спустя мгновение:
    - А ты правда видел?
    - Видел, - оттаивая, проворчал Энди. - В новостях. А потом вообще вырезал в 
ролик и у себя на холде спрятал. Пересматриваю иногда. Хочешь покажу? Хотя нет, 
не стоит, времени мало...
    Аурел Чогоряну, терпеливо слушавший эту перебранку, обменялся молниеносным 
взглядом со своей подружкой и приподнял ладонь над столешницей.
    - А может быть, перейдем к делу? - предложил он.
    - Действительно. - Энди снова покачнулся в кресле и плавно спланировал к 
столу. - Значит, так. Все это началось лет пять назад, когда одна анонимная 
компания финансировала два, на первый взгляд, весьма сомнительных 
технологических проекта. Один назывался "Сеть Нанотех", и вел его некто 
Александр Лазаревич, второй - "Реальная виртуальность", его вел некто Олег 
Палек. Как обстоят дела с первым проектом, я не в курсе, проект скоро 
отпочковался в самостоятельную компанию и не то умер, не то успешно внедрился, 
не суть важно. Нас интересует второй проект...
    - Там еще не один проект был, - авторитетно вставил джинсовый РусТех. - 
Зорича, что-то там с Аватарами, Бурцева, "Алмазные НЕРвы"...
    - Возможно. - Энди и не подумал возражать. - Но нас интересует только 
"Реальная виртуальность". Собственно, проект исследовал аспекты пребывания людей 
в виртуальщине, а также влияние реала на виртуальщину и наоборот. Я не удивлюсь, 
если способность некоторых людей ходить в Сеть без мнемоюстов есть последствие 
реализации некоторых разработок этого проекта. Я не удивлюсь, если смерть моего 
тела и локализация моей личности в Сети - есть также одно из последствий этого 
проекта. Я не удивлюсь, если окажется, что результаты разработок "Реальной 
виртуальности" встречаются нам гораздо чаще, чем мы в состоянии вообразить. 
Важно не это. Важно другое. Конечной и высшей целью проекта было нечто куда 
более глобальное. Я не знаю, что именно, хотя ломал над этим голову прорву 
времени.
    Когда Лощинин нанял меня, я быстро вышел на Камилла, закадрового хозяина 
марионеток. Довольно скоро я установил, что с проектом "Реальная виртуальность" 
он был связан очень тесно; не исключено, что Камилл - это и есть Палек. Мне 
удалось установить, что наработками Палека воспользовались посторонние, 
начальная компания разорилась, после чего кто-то невероятно проворный и 
длиннорукий умело замел все до единого следы и попрятал в воду оборванные концы. 
Проект умер - внешне. Но ежу понятно, что многообещающие проекты не умирают, они 
лишь переходят из рук в руки и меняют точку опоры. Откровенно говоря, я не 
надеялся, что мне удастся раскопать еще что-нибудь. Но я тем не менее раскопал. 
Не то чтобы со стопроцентной достоверностью, но все же... В общем, "Реальной 
виртуальностью", похоже, занималась контора, которая гнездится этажом выше 
конторы Лощинина. Соображаете?
    Камилл об этом явно знал. Причем Камилл - один из тех, кто способен 
воспользоваться последними наработками "Реальной виртуальности" наиболее полно, 
потому что он может пребывать в виртуальности без мнемоюстов. И Камилл начинает 
сложную многоуровневую игру. И при этом не спешит - подготовительный этап 
занимает не менее трех лет.
    Сначала он методично выискивает людей, похожих на себя. Например, 
присутствующую здесь Тири. Кого-то он втягивает в группу и подчиняет себе. 
Кого-то, как Аурела, просто держит на заметке. Некоторых, чьи новые способности 
не открылись в полной мере, Камилл тренирует и натаскивает. Естественно, что эти 
люди привязываются к нему, как к учителю, наставнику, гуру - называйте как 
хотите.
    Второй этап: Камилл тщательно продумывает свои действия на случай, если план 
его налета на "Реальную виртуальность" успешно осуществится. Не знаю уж почему, 
но Камилл решает воплощать свои замыслы за барьером, в Москве. И снова он не 
спешит: скрупулезно изучает московские Сети и вычленяет (не знаю уж, по какому 
критерию) тех немногих, кто может ему помешать. Он организует фирму и 
представительство в Москве, да так плотно, что даже слегка распихивает локтями 
местных совершенно не сетевых, а реальных бандитов. Среди тех, кого Камилл 
вычленил в Москве, были вы, - Энди указал на Бая и Чена. - Вы и остальные 
ТПшники. "ТП", "Тессеракт", "Фанталис" и "Константа" - четыре фирмы, каждая из 
которых так или иначе была связана с нелегальной торговлей программами из-за 
барьера и с ярмаркой в "Чашке". Всех, кто определял лицо этих фирм, Камилл убрал 
из Москвы.
    - И остальных тоже? - уточнил Бай.
    - Да. Директоров "Фанталиса" - сюда же, в зону высадки. Может, слыхали о 
затыке, который устроили разработчикам "Мнемо-2"? Мнемоюстов с динамическим 
усилением? Это Фанталис с Димой постарались.
    - Я слышал, - ровным голосом сообщил РусТех. - Мощный затык. "Мнемо-2" 
закрыли решением суда.
    - Вот-вот, - продолжал Энди. - Полагаю, это тоже было частью глобального 
Камилловского плана. Он не просто убирал опасных ему людей из Москвы, он попутно 
нанимал этих людей, дабы они повредили его недоброжелателям здесь!
    - А "Тессеракт" и "Константа" чего успели тут натворить? - с некоторой 
иронией поинтересовался Бай.
    Он ведь знал почти всех из этих родственных фирм. И Фанталиса с Димкой, и 
Борю Ведерникова из "Константы"...
    - Этих отправили за иной барьер, - пояснил Энди. - В иной мир. Не знаю, в 
какой и зачем. Только догадываюсь.
    Бай покачал головой - не то чтобы недоверчиво. Энди он склонен был доверять. 
Но размах действий Камилла поражал. Чтобы не сказать - подавлял.
    - Идем дальше, - не успокаивался Энди. - Пятерку ТПшников Камилл зафрахтовал 
под одну из самых важных операций. Точно так же, как и Аурела Чогоряну, нашего 
местного кудесника. Аурела Камилл нанимает украсть некие достаточно важные 
файлы... нет, не в "Реальной виртуальности". У Лощинина. У соседней конторы. Аурел 
эту операцию проворачивает с блеском, не зная, что параллельно с его взломом 
кто-то ловкий и незаметный КОПИРУЕТ материалы из той же корпоративной Сети, но 
из другого хоста. Из "Реальной виртуальности". Утром поднимается буча, Лощинин 
взвивается на дыбы, "Реальная виртуальность" - тоже: как же, проникновение в 
локальную сеть! Да еще какими методами! Но Камилл умело скрыл свой доступ, а 
Аурел вламывался к соседям достаточно громко, чтобы усыпить бдительность даже 
самых ретивых безопасников. Через две недели в "Реальной виртуальности" отменили 
состояние "ин-онли", а еще через месяц оставили только режим усиленного 
контроля.
    Камилл ведь не дурак, ему нужно было, чтобы все побыстрее успокоилось. 
Поэтому он терпеливо ждал, никак не проявляя свою бесценную добычу.
    А параллельно устроил показательную охоту за Аурелом... Именно в этот момент 
он кое в чем впервые просчитался.
    Во-первых, он не учел, что Аурел сумеет обмануть наемников, ТПшников, и те, 
вместо того чтобы охотиться на вора, станут его оберегать. Во-вторых, Камилл не 
предусмотрел, что одна из его лучших учениц и наиболее верных последовательниц, 
а именно - Тири, влюбится в Аурела и пойдет против своего учителя...
    Тири, неправдоподобно побледневшая, вскочила; Бай не сразу сообразил, что 
находится в виртуальности, поэтому его в первую секунду ошеломил молочно-белый 
цвет ее лица.
    - Спокойнее, девочка. Все уже позади, - примирительно сказал Энди. - К тому 
же я только рад. Всему, что произошло между тобой и Аурелом. Я продолжу?
    Тири постояла пару секунд, потом, повинуясь мягкому касанию Ауреловой руки, 
опустилась в плетеное кресло.
    - Продолжай, - тихо сказала она.
    - К тому же не факт, что охота на Аурела была настоящая, ибо с Аурелом 
Камилл связывал многие дальнейшие свои планы.
    - Можно вопрос? - вмешался Чен. - Мне кажется, существенный.
    Энди немного помедлил, словно взвешивая: стоит отвлекаться или не стоит?
    - Давай, - все же решил он отвлечься.
    - Ты говоришь, что Камилл убирал мешающих ему людей из Москвы. Но ведь когда 
нас отправили сюда, в Москве остались копии! Непонятно, что Камилл в этом случае 
выиграл?
    - А с чего ты решил, что копии остались? - с неприкрытой иронией 
поинтересовался Энди. Чен растерялся.
    - Ну... Нам так сказал человек Камилла...
    - А с чего ты решил, что человек Камилла скажет вам правду?
    Повисло тягостное молчание.
    - Так, значит, - пробормотал Бай, - это не так? В Москве не осталось Бая и 
остальных?
    Грудь сдавило - даже здесь, в виртуальности. Бай неожиданно отчетливо 
представил мать и то, что она почувствовала, когда он исчез. Стало муторно и 
гадко, словно Бая надолго макнули в затхлую вонючую воду мертвого пруда.
    Энди смешно пошевелил бородой.
    - Расслабься... Остались. Только один маленький штришок: это не копии. Я уже 
объяснял Тири и Аурелу - матрицирование личности не позволяет создавать 
идентичные копии, мелкие изменения все равно есть. Зато наращивать степень 
отличий возможно легко, причем этот процесс управляемый. Не обижайся, Бай, но 
правда такова: в Москве остался ленивый, косный и недалекий тип с твоей 
внешностью. Предел его мечтаний - жрать чипсы перед телекубом. Чихать он хотел 
на всякие Сети и открытый мнемодоступ. Примерно то же и с тобой. - Энди повернул 
голову в сторону Чена. - А вот с Аурелом обратная история. Когда Камилл таскал 
его в фургончик после бойни в Волицке, он вовсе не сливал из его памяти некие 
данные. Он просто сматрицировал его личность и отправил за барьер. Отправил 
безвольного и покорного Аурела, который станет послушно исполнять все приказы 
Камилла, но при этом обладает всеми знаниями и навыками целого Аурела. Вот 
так-то.
    - А чем это нам грозит? - осторожно справился Жмур.
    - Чем? - эхом отозвался Энди. - Хакер-мнемоник уровня Аурела в Москве 
выпотрошит любую сетку, любой сервак. Знать бы - что конкретно затеял Камилл? 
Тогда можно было бы попробовать просчитать его ходы. Но мы не знаем, что он 
затеял. Поэтому я предлагаю последовать за ними, в Москву. Отыскать Камилла и 
попытаться ему воспрепятствовать.
    - А зачем? - спросил дотошный Чен.
    - Зачем? - Энди вздохнул. - Сложный это вопрос. Тебе и Баю это нужно, чтобы 
снова стать собой. Потому что вы сейчас не столько цельные личности, сколько 
осколки былого. Ты уверен, что в будущем это не аукнется? Я не уверен. То же и с 
Аурелом, но ему еще нужно освободить своего двойника от цепей, навязанных 
Камиллом. Если я хоть немного разбираюсь в людях, Аурел не откажется.
    - Не откажусь, - мрачно подтвердил Аурел.
    - Значит, я все-таки разбираюсь в людях. По крайней мере немного. С Тири все 
ясно, такие сумасшедшие девчонки отступать не умеют и идут за теми, кого 
выбрали, хоть в ад, хоть за барьер. Жмур и Злыдень за хакерскую долю успели 
хлебнуть всякого, но так, как Камилл, их никто не обувал. Они хотят отомстить, 
отомстить за свой страх и за смерть Рюкзака. РусТех горит желанием испытать 
аппаратуру, которую разработала его команда. Я... Со мной еще проще. Если Камилл 
нашел способ оставить мое сознание в Сети, я думаю, у него найдется в запасе и 
обратный метод. Из арсенала "Реальной виртуальности". Такие вот дела... Кто-нибудь 
хочет что-нибудь добавить, нет?
    Тири поправила очки-звездочки и в упор взглянула на Энди.
    - Не знаю, интересно это вам или нет, но я лезу в это дело не только из-за 
Аурела, хотя и из-за него тоже. Никто из вас не знал Камилла так, как я. Но я не 
собираюсь разжевывать вам свои истинные мотивы. Я скажу только об одном. Если мы 
прижмем Камилла к стене, убью его именно я. И пусть только кто-нибудь вздумает 
мне помешать.
    - Значит, - удовлетворенно подытожил Энди, - отказов нет. Тогда начнем. 
РусТех, готовы твои орлы?
    - Мои орлы всегда готовы, - сообщил джинсовый. - Давай Сеть...
    - Стоп. - Бай вскинул руки. - Что, уходим прямо сейчас?
    - А чего ждать? - удивился Энди.
    - Но ведь... Но ведь нужно, чтобы там, за барьером, нужные люди находились в 
точках финиша, в этих креслах или как они там называются...
    - Это уже организовано, - сказал Энди. - Я влез на холд компании Камилла и 
подгадал под их очередную переброску... Только вы уж с Ченом извините, но вас 
подселят сначала не в ваши московские тела. Я мог бы, конечно, это со временем 
устроить, но, во-первых, ждать неохота, а во-вторых, тело Бая уже занято.
    Бай опешил.
    - Кем?
    - Скованным Аурелом. Слугой Камилла.
    Кулаки сжались сами собой. И в реале, над клавиатурой, и в виртуальности.
    - У меня более насущный вопрос, - вмешался Злыдень. - Что будет с нашими 
телами после ухода?
    - Ничего, - немедленно пояснил РусТех. - Наша аппаратура матрицирует 
личность максимально точно, почти без искажений. Все останемся ждать ушедшие за 
барьер копии.
    - Все, кроме меня, - уточнил Энди. - По понятной причине.
    Он глубоко вздохнул, глубже, чем люди вздыхают в реале, сначала раздувшись и 
став похожим на полосатый дирижабль, втиснутый в кресло, а потом сморщившись до 
размеров подушки.
    - Хватит болтать. - Аурел встал из-за стола и пинком отпихнул плетеное 
кресло. - Что нужно делать?
    Энди не успел ответить. В руке его выкристаллизовалась блестящая телефонная 
трубка; Энди сразу поднес ее к уху, хотя звонка никто, кроме него, не расслышал. 
Секунд десять - пятнадцать он внимательно слушал. Потом отнял трубку от уха и 
зашвырнул в зенит - трубка взмыла и исчезла, на миг обратившись в еле различимую 
точку на фоне облачного неба.
    - Уход откладывается. На день-другой, - объявил Энди. Лицо его стало странно 
напряженным, даже в виртуальности это было невозможно скрыть:
    - Что? - поинтересовался Бай. - Проблемы?
    - Скорее новая информация. Ладно, я дам вам знать, когда все будет готово. 
Всем пока.
    Созданный мирок со стеклянным звоном раскололся на тысячи осколков, и каждый 
из участников этого странного собрания очнулся перед собственным терминалом с 
чувством недосмотренного захватывающего сна.
    Баю почему-то показалось, что эта отсрочка была умело разыгранным 
спектаклем.
    Вот только кому он нужен, сей непонятный спектакль?
    Отчего-то Бай твердо верил: узнать суждено в самое ближайшее время.



!TASK 0А
[OWNER: Аурел Чогоряну (matrix-copy)]
    Аурел успел привыкнуть к этому телу. Он больше не бился головой о притолоки 
и не спотыкался на ровном месте.
    Жизнь его была размеренной и монотонной; личность бывшего хозяина лениво 
дремала где-то в глубине, почти не прорываясь на поверхность. Единственное, что 
само собой привязалось из чужих привычек, - это страсть к просмотру футбольных 
матчей по телетрансляции.
    Смирился Аурел и с тем, что Сеть здесь была совсем другой, чем он привык. И 
компьютеры были иными. Но он смирился и с этим.
    Дни проходили, похожие друг на друга, как копии одного и того же файла. 
Пробуждение, завтрак, поездка в контору с нелепым названием "ТП", потом 
несколько служебных поездок по городу, вялые беседы с клиентами или коллегами, 
возвращение домой и погружение в Сеть. Только в этот момент Аурел слегка 
оживлялся; но что-то мешало чувствовать себя, как обычно, счастливым в такие 
минуты. Чья-то посторонняя воля - чужая и неумолимая. Аурел чувствовал: если 
придет ОН и прикажет - и не захочешь, а бросишься выполнять приказ. Даже если 
это будет стоить жизни. Странно было сознавать, что ты скован посторонней волей. 
И наверняка знать, что воспротивиться ей не сумеешь. Ни при каких 
обстоятельствах.
    Пока от Аурела многого не требовалось: он всего лишь охранял сетевые ресурсы 
какой-то мелкой компании от вторжения извне. Даже не столько охранял, сколько 
следил, чтобы среди покушавшихся (а с этими было кому справиться) не объявился 
никто со смутно знакомыми навыками работы в Сети.
    С навыками работы без мнемоюстов. Другими словами, кто-то из родного мира 
Аурела.
    Аурел ждал. И жил. Точнее - существовал, как фикус в кадке. Только пыль 
стирать с него было некому.



!TASK 08
[OWNER: Shade]
    Едва очнувшись, Шейд понял: что-то не так.
    Он не чувствовал тела. Совсем.
    Привычное легкое усилие, сходное с открытием глаз, и тьма тотчас отступила. 
Сжалась, утекла, как утренний туман. Прочь.
    Тела действительно не было. То, что мнило себя Шейдом, крохотной точкой 
висело в пустоте. В слабо мерцающей пустоте, похожей на виртуальщину. На 
какую-нибудь продвинутую сетевую область, где умелый мнемоник в состоянии 
обходиться без обязательной личины-субстрата.
    Взрыв. Рядом с Шейдом вспухло алое, подернутое коричневыми прожилками 
облако. Шейд вздрогнул бы, если бы было чем.
    Он не ощутил ни жара, ни ударной волны. Ничего. Только увидел вспышку. 
Одновременно Шейд сообразил, что видит не как человек - не направленно, а просто 
удерживает в восприятии всю сферу. Он мог пристально глядеть на постепенно 
увядающий огненный комок и наблюдать за шевелением отступившего тумана с 
противоположной стороны.
    А потом зазвучал Голос. Голос, который Шейд уже слышал сегодня. Голос 
Камилла.
    И Шейд вспомнил все. Легкий нажим на него, которому покорился с 
безысходностью бьющейся о стекло ночной бабочки. Тотчас явившегося боевика. 
Короткую поездку по Москве, офис за ремонтируемым холлом... И все. Больше ничего 
не вспоминалось.
    - Шейд! Ты слышишь меня?
    "А как ответить? - подумал Шейд растерянно. - Ведь у меня нет рта..."
    - Просто думай ответы. Я тебя слышу.
    "А, ну да, как же я забыл! Камилл читает мысли..."
    - И это тоже, Шейд. Скоро я буду читать не только ваши мысли, но и читать в 
ваших душах. И даже вписывать в них что-нибудь - то, что пожелаю.
    "В чьих - ваших?" - не понял Шейд.
    - В душах всех, кто находится в Сети.
    "А разве это возможно?"
    - Пока нет. Но я знаю, как это осуществить...
    "Зачем?"
    Камилл рассмеялся - как типичный кинозлодей.
    - Затем, что это дает ВЛАСТЬ.
    "Власть? Ты собрался захватить власть над Сетью?"
    - Нет, Шейд. Бери выше. Я собрался СТАТЬ Сетью. И ты мне будешь помогать, 
потому что другого выхода у тебя просто нет.
    Огненная вспышка окончательно сошла на нет, а в несуществующих ушах Шейда 
таял вкрадчивый голос Камилла: "Я собрался стать Сетью..."
    И Шейду вдруг стало невыносимо тоскливо, неуютно и страшно, но он не мог 
даже заплакать.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    Энди Трушин явился, как всегда, внезапно и с треском. Аурел сидел в этот 
момент перед компом, но без мнемодоступа. Просто глядел в голокуб и читал 
какие-то малоинтересные новости.
    Крошечная плоская фигурка вдруг отклеилась от верхней кромки куба, 
раздулась, обретая объем, а секундой позже стало ясно, что это крохотный Энди 
Трушин в полосатом халате. В руках Энди держал продолговатый светлый лоскут. 
Держал на манер парашюта-крыла (но Аурел не знал, что такое парашют) и медленно 
планировал на нем к нижнему срезу изображения. "Приземлился", встал на ноги и 
развернул над головой свой лоскут. Сразу стало понятно: это транспарант 
наподобие тех, что таскают к официальным конторам протестанты-демонстранты. 
Транспарант гласил: "Это я, Эндичка!"
    - А то я не вижу, - пробормотал Аурел; рефлекторно он потянулся к 
мнемоюстам, небрежно брошенным справа от голокуба, но тут же сообразил, что 
находится дома и ничьи посторонние глаза не смотрят, как он пойдет в Сеть. Даже 
Тири не смотрит, Тири в ванной. Но от нее скрываться Аурел, конечно же, не стал 
бы.
    Привычным усилием он скользнул в Сеть. Глаза широко распахнулись, пальцы 
легли на клавиатуру, а мозг впитал в себя небольшую часть Сети. Для начала - 
личный холд.
    Энди уже приплясывал от нетерпения на знакомой лужайке-полянке.
    - Привет! Слушай, совсем нет времени! - возопил он. - Удобный момент для 
перехода! Запоминай адрес: Сидоровича, двадцать семь, у Зелёного рынка. Комната 
двенадцать, там будет парень по прозвищу Кипа, он вас и переправит. На все 
двадцать минут. Управитесь?
    - Собраться же надо! - взмолился Аурел.
    - Зачем тебе собираться? - Энди досадливо отмахнулся. - Не в командировку 
едешь. Бритва и зубная щетка тебе ни к чему.
    - Тири моется!
    - Как хочешь, - прошипел Энди, - но чтобы успели! Все, время пошло!
    Аурел, чертыхаясь, полез из виртуальности в нормальный мир. Зрачки скачком 
сузились, словно среагировали на внезапно вспыхнувший свет; расслабились 
напряженные кисти. Помотав головой, Аурел приподнялся в кресле, опираясь руками 
о подлокотники, и только потом встал на ноги. Кресло медленно откатилось на 
полшага назад.
    - Тири! - крикнул он. - Полундра!
    Дверь в ванную была приоткрыта.
    - Заходи, - донеслось изнутри.
    Аурел только заглянул. Над ванной вздымалось облако белой с просинью пены; 
из пены торчала мокрая голова девушки. Редкий случай, когда Тири сняла очки.
    - Энди объявился! Мы уходим немедленно. Через двадцать минут нужно быть у 
Зелёного рынка.
    Тири не стала задавать ненужных вопросов. Спокойно и без суеты, самым 
обыденным тоном она сообщила:
    - Я буду готова через пять. Заводи мотоцикл...
    Аурел кивнул и затворил дверь.
    Она действительно вышла спустя пять минут. Свежая и розовая лицом, но с 
совершенно сухой головой, благо Тири не любила длинные прически, предпочитала 
короткую, почти мальчишечью стрижку. Джинсы, клетчатая рубашка, безрукавка, на 
ногах легкие монтреевские ботиночки. Даже сумки нет.
    И, разумеется, очки-звездочки на положенном месте...
    Она не спешила попусту, и Аурел любил ее и за это тоже. Подошла, уселась 
позади и негромко сказала:
    - Поехали.
    "АйБиЭмка" рванулась с места, словно пала с высоты. Они вынеслись из 
переулка, как болид спятившего пилота, и с ходу вписались в автопоток, уводящий 
к площади Завгороднего и дальше, в сторону "Зонул Сенсера".
    Аурел знал, как Тири не любит опаздывать. Да и сам он не любил опаздывать.
    Тем более именно сейчас, когда спешишь на помощь самому себе.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    Мрачный гориллоподобный субъект заехал за Баем около полудня. Зеленодольск 
большей частью еще спал - в этом городке жизнь пробуждалась только ближе к 
вечеру и продолжалась до самого рассвета. Местная специфика...
    Бай, к счастью, уже не спал и даже успел проглотить свежеподжаренную 
яичницу. Субъект сказал, что времени мало, а к сумеркам они должны добраться до 
соседнего городка.
    Перед лачугой, в которой обитал Бай, притаился на дасфальте серебристый, 
словно хромированный "Текрам". Модель позапрошлого года, но можно было смело 
предположить, что скорости этот мощный автомобиль отнюдь не утратил.
    Так и оказалось. С места "Текрам" притопил так, что Бая втиснуло в глубины 
кресла и освинцевало секунды на три. Потом стало полегче, скорость 
стабилизировалась в районе ста восьмидесяти, и ускорение сошло на нет.
    - Ого, - оценил Бай. - И это по городу?
    В следующую секунду он понял ненужность своего вопроса: горилла свернул на 
улицу, которая прямиком выводила на объездную трассу, а объездная, в свою 
очередь, втекала непосредственно в перегон.
    - Меня зовут Геродот, - зачем-то сообщил гориллоподобный.
    Бай иронически хмыкнул.
    - А почему именно так? - поинтересовался он. - В честь кого?
    - Не знаю, - ответил Геродот. - Я даже не знаю, кто таков настоящий Геродот. 
По-моему, какой-то древний историк из-за барьера.
    Бай усмехнулся. Прозвище было забавным - применительно к человеку, которому 
более всего подходила роль охранника или телохранителя. Исходя из внешности. 
Впрочем, лицо и особенно глаза Геродота несколько портили образ типичного 
громилы. Лицо Геродота выглядело лицом безоговорочного интеллигента, а глаза 
выдавали недюжинный ум. Кроме того, Бая очень порадовало отсутствие непременных 
атрибутов настоящих громил - цепей на шее, перстней, татуировок...
    - Я - Бай, - представился Бай, отвлекаясь от размышлений.
    - Знаю, - невозмутимо сказал Геродот. - Меня ведь за тобой откомандировали...
    "Точно, с мозгами парень, - подумал Бай с уверенностью. - Обычный тупой 
охранник в этом случае непременно сказал бы не "откомандировали", а "послали".
    Геродот лихо вписался в плавный изгиб перед объездной и заметно прибавил 
скорости. Минут черед десять объездная, описав очередную плавную дугу, 
воссоединилась с главной транспортной артерией этого мира. С перегоном. 
Практически прямой трансконтинентальной трассой протяженностью в миллион 
километров. Зеленодольск располагался несколько ближе к западному побережью, к 
Сити. Цель их с Геродотом - соседний городок, именуемый Таруса, отстоял от 
Зеленодольска на четыреста с лишним километров в глубь континента.
    - Энди сказал, - не отрывая взгляда от трассы, спросил Геродот, - что ты 
родом из-за барьера. Это правда?
    - Правда, - вздохнул Бай. - Из того самого мира, где когда-то жил настоящий 
Геродот.
    - Ух ты! - обрадовался собеседник. - А он правда был историком?
    - Правда. Жил, если я правильно помню, примерно две с половиной тысячи лет 
назад. В Греции. Древней, разумеется.
    - И как там? В вашем мире, я имею в виду, а не в Древней Греции.
    Бай неуверенно пожал плечами:
    - Ну... Паршиво в общем-то. У вас больше свободы. Не зря же я решил тут 
остаться?
    - Больше свободы? - не понял Геродот. - А поподробнее можешь объяснить?
    - Попробую. - Бай вздохнул. - Понимаешь, наш мир гораздо меньше, а людей там 
живет намного больше. Соответственно всего на всех не хватает. Поэтому у нас 
есть горстка людей, у которых имеется все, а остальные люди делятся на две 
примерно равные части. У одной части имеется лишь кое-что, у второй ничего нет 
вообще. У нас можно всю жизнь горбатиться и не заработать даже на жилье. В 
общем... тускло там. И безнадежно. А тут ведь государства нет в обычном понимании. 
И воевать не с кем и не за что. И заработать куда легче, особенно если 
что-нибудь умеешь.
    - А ты что-нибудь умеешь? Впрочем, что это я? Если ты нужен Энди, значит, ты 
компьютерщик. Причем не из плохих. Я угадал?
    - Угадал.
    - А не боязно снова возвращаться за барьер? Вдруг не получится вернуться?
    Бай снова пожал плечами:
    - Ну, боязно, конечно... Только меня туда все равно тянет. Знаешь, родина - 
это все-таки не пустой звук. Да и маму охота повидать, друзей... Я ведь оставался 
с мыслью, что буду иногда мотаться в Москву. Иначе вряд ли остался бы.
    - Понятно, - кивнул Геродот. - Порулить не хочешь?
    - А доверишь?
    - Отчего же не доверить? - Геродот хмыкнул. - Садись...
    Бай впервые оказался за рулем "Текрама". Странное это оказалось ощущение - 
скорость на этой машине чувствовалась совсем иначе, чем на колымагах вроде 
"Мицуми" или "БиТиСишек", на которых приходилось ездить Баю. Лучшим из 
автомобилей, которые Бай водил, оставался "Меморекс". Но куда ему было до 
"Текрама"! Бай только успел подумать: "А не дотянуть ли до двухсот?", мельком 
взглянул на спидометр и с некоторой оторопью обнаружил на жидкокристаллическом 
экранчике с данными цифру "230". И чувствовалось, что для "Текрама" это далеко 
не предел. Почти физически чувствовалась под колесами укатанная твердь перегона.
    - Ыхх! - с восторгом сказал Бай и утопил до отказа педаль акселератора.
    "Хоть бы встречных машин не было подольше..." - подумал он с надеждой.
    Дорога с тихим шелестом уходила под колеса, и Баю показалось, что это поет 
сама Скорость.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    Гудел неподалеку Зелёный рынок; Аурел оставил мотоцикл на стоянке, взял Тири 
за руку и повел к перекрестку. Они уложились в семнадцать с небольшим минут. 
Чтобы дойти до Сидоровича, двадцать семь, у них оставалось еще минуты две.
    Некоторое время назад Аурел осознал: чтобы никуда не опаздывать, достаточно 
никогда не спешить. На первый взгляд парадоксальное и нехитрое правило до сих 
пор его не подводило. Сторонний наблюдатель вряд ли заподозрил бы, что у этой 
парочки нет ни единой свободной секунды.
    Дом двадцать семь - вход, дверь с гидропружиной. Небольшой холл, пальмы в 
дощатых кадках у стен, стойки с указателями. Комната двенадцать - вниз и налево. 
На нулевом уровне.
    Они спустились по лестнице, вылизанной буквально до блеска. Коридор, сначала 
комната десять, потом двенадцать. На двери - табличка: "Операторская".
    Аурел постучал костяшками пальцев и повернул круглую дверную ручку.
    За дверью обнаружился уютный кабинетик с непременной пальмой, письменным 
столом, на который умудрились втиснуть сразу два терминала, и плотной 
темно-зеленой занавесью от потолка до пола напротив стола. За занавесью что-то 
отчетливо гудело, словно там трудился старинный обмоточный трансформатор. У 
одного из терминалов клацал древней механической, с кликом, клавиатурой лохматый 
парень лет двадцати пяти. К карману его был пришпилен аккуратный бейдж с 
голограммкой, надписью "Ингресс-проект" и именем, а скорее - прозвищем: "КИПА". 
Все как и обещал Энди.
    - Добрый день! - поздоровался Аурел.
    Парень оторвал взгляд от голокуба; Тири ему просто кивнула. Колотить по 
клавиатуре парень не перестал. Аурел отметил, что мнемоюсты к терминалам не 
подключены - от двери хорошо виднелись все порты. Соответствующие разъемы вообще 
не были задействованы.
    - Здрасте, - наконец поздоровался Кипа. - Минутку, я с Энди консультируюсь...
    Аурел меланхолично притянул к себе Тири, прижался щекой к ее щеке и 
оцепенел.
    Ждать так ждать. Всегда так бывает - сначала говорят, что за двадцать минут 
ты должен примчаться чуть ли не в другой конец Сити, а потом оказывается, что 
нужно подождать перед чьей-нибудь дверью или вот такой зеленой занавесью 
час-полтора. Ничего удивительного.
    Однако Кипа управился подозрительно быстро. Буквально за пару минут.
    - Так... - сказал он, отрываясь от терминала. - Так. Энди сказал, с 
мнемоюстами вы работаете свободно. Это правда?
    - Правда, - подтвердил Аурел.
    Собственно, что он, что Тири могли вообще обойтись без оных, но рассказывать 
об этом первому встречному-поперечному... Информация неполна, но правдива, как, 
собственно, чаще всего и бывает.
    - Это хорошо. Все готово, связь стабильная, реципиенты по ту сторону барьера 
в зоне досягаемости. Можно начинать.
    Кипа проворно вскочил и отодвинул правую половину занавеси.
    - Прошу. - Второй рукой он сделал приглашающий жест.
    За занавесью комната продолжалась. Разделена комната была примерно пополам, 
только по эту сторону располагался не стол с терминалами, а два кресла со 
знакомыми насадками, отдаленно похожие на стационарные фены в раздевалке любого 
бассейна. Еще имелась вертикальная стойка наподобие многопотокового хаба или 
концентратора.
    - Садитесь, - пригласил Кипа.
    - Минуточку. - Аурел машинально сжал ладонь Тири; они так и не разняли рук. 
- А в кого нас... э-э-э... подселяют?
    - Не знаю, - беспечно отозвался Кипа. - Этим вопросом занимался Энди. Только 
для него барьер - всего лишь малозначащая условность. А я туда заглядывать не 
умею.
    - Да какая разница, Ури, - тихо сказала девушка. - Мы ведь ненадолго.
    - Разница... Есть разница, - проворчал Аурел и покорно опустился в кресло. 
Тири уселась в соседнее. Краем глаза Аурел увидел, что продолговатая, похожая на 
половинку яйца шапка "фена" медленно опустилась ей на голову. А потом край 
такого же "фена" перекрыл обзор - в поле зрения остались только гнутые 
хромированные тяги да пучок разноцветных проводков.
    "Елы-палы, - отрешенно подумал Аурел. - Во что я снова ввязался?"
    И тут же мысленно поправился:
    "Не я, мы. Нас ведь двое теперь. Я и Тири".
    С некоторых пор он находил эту поправку очень важной.
  ~#CONDITION: IMAGE COPYING
  ~#MODE: START
    Голос Кипы долетел откуда-то издалека:
    - Начинаем!
    И началось.
    Это было похоже на вход в Сеть, как умели Аурел и Тири, без мнемоюстов. 
Мимолетное ощущение потери тела, когда Сеть впитывает тебя. Когда чувства 
начинают воспринимать потоки данных. Когда монтируешься к шине и общаешься с 
машиной напрямую, в двоичном коде. Сознание и подсознание, конечно, подсовывают 
тысячи знакомых образов и ощущений, но какая-то часть тебя все равно знает, что 
происходит всего лишь быстрый обмен замысловатыми последовательностями нулей и 
единиц.
    И не более.
    Вот и сейчас Аурел ощутил себя в виртуальности - в гигантском трехмерном 
мегаполисе. Свет, полно света. Светятся и кубы серверов, и свечи роутеров, и 
пятна чужих холдов. Светятся подвижные пользователи, светятся передаваемые 
пакеты... Целое море света.
    Аурела и Тири влекло куда-то вверх. Только здесь, в виртуальности, можно 
было насладиться полетом - реальный мир этого не позволял. Хотя Аурел знал: там, 
куда они направляются, с тяготением все обстоит совсем иначе, там люди активно 
строят многоэтажные здания без всяких компенсаторов и вовсю пользуются 
рукотворными летательными аппаратами. Похожими на обыкновенные автомобили, 
только размерами, как правило, побольше.
    Мгла на некоторое время заволокла сознание, пришло ощущение короткого 
падения; а затем - с отчетливо отдавшимся в ушах щелчком Сеть выплюнула их.
  ~#CONDITION: IMAGE COPYING
  ~#MODE: FINISH
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
    Сначала Аурелу показалось, что в глазах двоится. Что он видит сразу две 
картинки. Одна - все та же перегороженная зеленой занавесью комната на 
Сидоровича, двадцать семь, с двумя креслами и хлопочущим у аппаратуры Кипой. 
Вторая - низкое сумрачное помещение, похожее на подвал, где вместо одной стены 
сплошная вязь не то газовых, не то водопроводных труб, а вместо противоположной 
- стойки с жидкокристаллическими девятнадцатидюймовыми экранами. В основном 
экраны были мертвы. Кроме того, в комнате имелись уже знакомые кресла, только их 
было гораздо больше, чем два. Больше даже полутора десятков.
    "Фены" количеством два поднялись с головы Аурела. Аурел осмотрелся.
    И понял, что его сознание продолжает вмещать чувства Аурела, который остался 
на Сидоровича, двадцать семь, но и начало улавливать все, что видит, слышит, 
обоняет и осязает еще один человек. Тот, кто находится в данный момент в 
незнакомом подвале. Надо полагать, где-то в Москве.
    "Черт! - встревожился Аурел. - Что-то явно прошло не так, как намечали... 
Где-то сбой..."
    Он попытался встать; одновременно двумя телами. Одно (старое) оказалось 
пристегнуто к креслу и поэтому сумело лишь слегка приподняться, прежде чем 
приникнуть назад к широкой спинке. Второе неуклюже встало на ноги и тотчас 
рухнуло на пол, не сделав даже единственного шага.
    Странно было ощущать боль лишь половиной сознания. Боль получилась мощная, 
полновесная - попробуйте с размаху впечататься в бетонный пол. Аурел-московский 
разбил нос, ушиб плечо и оцарапал ладони. Аурел-из-Сити, цел-целехонек, 
продолжал сидеть в кресле и недоумевать.
    На соседнем кресле в Сити неподвижно полулежала Тири. Кажется, она была без 
сознания.
    В Москве из соседних кресел по очереди встали четверо мужчин. Потом, через 
некоторое время, - пятый.
    Аурел все это время пытался подняться, но ничего у него не получалось. 
Мешало первое тело, зафиксированное в кресле.
    "Так, - скомандовал себе Аурел, когда легкую панику постепенно сменила 
здоровая злость. - А ну взял себя в руки! Сосредоточился, сконцентрировался на 
этой части ощущений!"
    Он внутренне напрягся, и - о чудо! - краски комнаты на Сидоровича, двадцать 
семь, вдруг поблекли, а ощущения сидящего в кресле заметно ослабли. Аурел 
отрешился, совсем как на тренировке, от ненужных мыслей, концентрируя внимание 
на чем-то одном.
    И дела сразу пошли на лад - ему удалось сесть вторым телом, нашарить в 
кармане джинсов носовой платок и утереть разбитый нос.
    При этом Аурел-один не исчез окончательно, он сместился на периферию 
восприятия и удивленно оттуда взирал на действия Аурела-два.
    - Эй, с тобой что-то не так? - спросил один из уже пришедших в себя после 
перехода спутников. Понятно, Аурел не узнал никого из пятерых, потому что 
никогда доселе не встречался с телами москвичей и не видел их лиц.
    - Этот без сознания, - сказали из-за спины.
    - Сейчас разберемся, - пообещал кто-то еще, тоже невидимый.
    Теперь, когда Аурел знал, что и как делать, стало гораздо легче. Он еще 
надежнее заблокировал моторику Аурела-один и в качестве Аурела-два наконец-то 
встал во весь рост.
    Тело Аурела-два оказалось примерно одного роста с родным; но весил 
москвич-реципиент на добрых пятнадцать килограммов меньше. Соответственно был 
более худощавым. К этому предстояло привыкнуть.
    "Привыкну", - пообещал себе Аурел.
    - Ты кто? - спросил самый заботливый из спутников. Тот самый, который первым 
обеспокоился состоянием Аурела.
    - Аурел, - признался Аурел.
    - Я - Злыдень, - назвался заботливый.
    В этом мире Злыдень не был толстым. А был он крепеньким, как молодой гриб 
боровик, светловолосым пареньком лет двадцати.
    - А я - Жмур, - не без уныния признался следующий.
    Этот тоже мало напоминал настоящего Жмура, даром что носил бороду. Более 
всего прежний обладатель этого тела походил на еврея-проповедника. Рост - под 
два метра, черная, совсем не такая, как у настоящего Жмура, борода, старомодные 
очки с толстыми стеклами, черные костюм, шляпа и штиблеты и даже футляр от 
скрипки под мышкой.
    - РусТех, - сказали из-за спины. Оттуда же, откуда и раньше.
    Аурел обернулся.
    РусТех-два напоминал не то бандита, не то боксера, не то спецагента в 
штатском. Невыразительное, совершенно незапоминающееся лицо; чуть свернутый 
набок нос. Рыжеватая прическа-ежик. Спортивный костюм, кроссовки. Не хватало 
только полного рта жвачки, но вполне возможно, что ее РусТех выплюнул по 
прибытии.
    - Бай, - зло сказал следующий. - Причем в теле Семецкого!!!
    Невысокий лысоватый человечек с печальным взглядом. Похож на одного из 
погибших в баре Волицка ТПшников.
    - А мне повезло, - сказал пятый. - Я в свое тело попал. Чен я. Во всех 
возможных смыслах...
    "А Тири? - подумал Аурел с возрастающей тревогой. - Что с ней?"
    - Подружка твоя, кажись, без сознания, - сообщил РусТех.
    Фраза его звучала так, словно он плохо прожевывал слова.
    Аурел уже почти без усилий повернулся, взглянул и обмер.
    В ближайшем кресле, чуть приоткрыв рот и закатив глаза, полулежал полноватый 
парень, небритый и непричесанный, в заношенных спортивных штанах когда-то 
зеленого цвета и дешевой клетчатой рубашке с закатанными до локтей рукавами. На 
ногах его "красовались" потертые чешки.
    - Знакомьтесь, - буркнул из-за плеча Аурела Бай-Семецкий. - Это туловище у 
нас звалось Тигром. А теперь, насколько я понял, туда подселили подружку Аурела. 
Чем дальше, тем интереснее...
    В этот момент Тири-Тигр шевельнулась (шевельнулся?) и встретилась взглядом с 
окружающими. Потом Тири посмотрела на торчащие из рукавов волосатые локти, 
мощные мужские кулачищи, судорожно сглотнула и снова отключилась.
    - Беда-а... - протянул Злыдень. - Девку воткнули в тело мужика. Беда-а...
    Аурел, забывший на какое-то время о собственных проблемах, с трудом подавил 
желание длинно и грязно выругаться.



!TASK 00
[OWNER: Andy Trushin (mind emulation)]
    Аурел набросился на Энди, едва тот локализовался в пределах условленного 
холда. Точнее, не на холде даже, а на откупленном ко времени операции 
виртуальном чате. Чат имел статус инвайтного, то есть первый попавшийся 
пользователь присоединиться к нему не мог, а на промежуточных точках отследить 
их общение было трудно в силу того, что все пользовались кодировкой из родного, 
оставшегося теперь за барьером мира. На всякий случай Энди загодя написал и 
прикрепил к каждому кодировщику чат-клиента наспех слепленного демона, дабы 
попытку перекодирования отслеживать тут же.
    - Ты в кого мою девушку вклеил! - заорал Аурел на не успевшего даже прилечь 
на травку Энди Трушина.
    Энди сказал: "Хм!" и вальяжно умостился на лужайке. Малевать новые пейзажи 
ему было конкретно лень; к тому же валяться на виртуальной травке ему нравилось 
еще и потому, что отсутствовал риск подцепить соответствующие болячки. Энди 
помнил, что от валяния на травке бывает не то радикулит, не то ревматизм. А 
возможно, и воспаление легких. Но хорошего мало.
    Аурел навис над ним, как поднятый в поле гравикомпенсатора груз. Остальные 
столпились поодаль, в том числе и двое нанятых москвичей.
    - А в кого? - подпустив во фразу беспечности, ответил Энди. Вопросом на 
вопрос, как прожженный одессит.
    Мимоходом он подумал, что Одесса в родном мире очень напоминала Одессу 
местную - южный приморский город, славящийся неповторимым колоритом. Колорит, 
говор одесситов и их неизменные шуточки позволяли предположить, что одна Одесса 
произошла от другой. Но какая от какой - теперь, верно, уже и не выяснишь.
    - В мужика! - рявкнул Аурел.
    - Ай, брось, - отмахнулся Энди. - Все равно вы больше времени в Сети 
проводить будете, а там она может, быть кем захочет.
    Аурел от подобного заявления попросту оторопел. Приоткрыл рот и замер, как 
первоклассник, неожиданно повстречавший на улице настоящего живого слона.
    - У меня не было времени искать женщину-реципиента. Я ведь не собирался 
тащить сюда твою Тири, она сама вызвалась. К тому же, если Камилл узнает о 
переброске, он будет в первую очередь искать вашу парочку. А так - обломается 
Камилл!
    Чувствовалось, что Аурел многое хочет высказать Энди Трушину. Но то ли 
беспечный тон Энди, то ли известная логика в его словах заставили Аурела 
промолчать.
    "В самом деле, - подумал Энди. - Ну какая разница - в чьих они тут телах? 
Разве что трахаться вряд ли захотят, раз оба мужики..."
    - Ладно. Первым делом вам нужно где-нибудь обосноваться в Москве. Причем 
лучше вразнобой. Ты, - Энди обратился к Чену, - вроде устроен. У себя можешь. 
Ты, Бай, по идее должен знать, где живет Семецкий.
    - Знаю, - сердито вздохнул Бай. И добавил словно бы внутрь себя: - А ты 
вообще молчи!
    По-видимому, он общался с Семецким.
    - Ну а остальным придется жилье снимать. Лучше подальше от центра, в 
спальных районах. И желательно подальше от метро. Я тут счетов наоткрывал... 
Держите доступ. На первое время должно хватить...
    Энди принялся метать подельщикам матовые шары с цифровыми кодами к 
кредиткам. Их впитывали выброшенными навстречу ладонями.
    Это было похоже на неправильный баскетбол.
    - Обустроитесь - выходите на связь. Куда идти, вы все знаете... Все пока.
    Энди, вдруг ставший похожим на фокусника, громко хлопнул в ладоши, и всю 
команду враз выбросило за пределы холда. И вообще выбросило из Сети.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    Было слышно, как где-то невдалеке размеренно капает вода.
    - Здравствуй, Москва, - буркнул с высоты новообретенного роста Жмур и 
оглядел неприветливое помещение. - Ну что, потопали?
    Аурел со смешанным чувством посмотрел на свою спутницу. Или спутника - поди 
теперь разбери!
    - Тири... - тихо сказал он.
    Тот, в ком теперь жила его любовь, сердито поскреб щеку и сказал:
    - Знаешь что? Зови меня Тигри, если уж на то пошло. И давайте поскорее 
справимся с этим чертовым делом, чтоб можно было спокойно вернуться. Давайте?
    - Давайте, - согласился Чен. - Сема... в смысле, Бай, пойдем, наверное, в 
контору. Надо народу денег немного обналичить да по объявлениям пошерстить.
    - Разумно, - согласился Бай. - А где мы, кстати, находимся?
    - Понятия не имею. Хотя стоп, я же сюда недавно приехал. Э-э-э... На Рязанке 
мы, недалеко от эстакады. Во дворах.
    Видимо, не только у Аурела двоилось восприятие.
    Они выбрались из подвала; у самого выхода встретился угрюмый субъект в 
промасленной робе. В руках субъект вертел позвякивающую связку ключей.
    На прощание он не ответил - просто запер за всеми дверь.
    Москва встретила их тусклой промозглой сыростью. Дом, в подвале которого они 
финишировали, выглядел таким же грязным и неопрятным, как и недавний подвал. Да 
и окрестные дома выглядели не лучше. Где-то невдалеке шумело шоссе, и судя по 
звукам, движение там было весьма плотное.
    Аурел уже знал, что Москва поразит его многоэтажностью. Вопреки ожиданиям 
ничего особенного он не ощутил: в Зонул Сенсера он видел дома и повыше.
    "Может, хоть от неприятия высоты отучусь, - подумал он. - Тоже ведь польза..."
    Аурел родился и вырос в горах Южного Пояса и был одним из немногих, кто 
(помимо жителей Сити) знал страх высоты.
    Реальный страх. Для него все, что выше двух человеческих ростов, означало 
близкую смерть.
    Но здесь все не так.
    Первое, чем поразила Аурела Москва, - количеством людей, строений и 
автомобилей. Если по выходу из подвала дворы еще нельзя было назвать людными, то 
когда они вышли к шоссе и поймали двух частников, стало по-настоящему неуютно. А 
когда помчались сквозь огромный индустриальный район, на каждом перекрестке 
Аурел видел толпы, несметные толпы спешащих куда-то людей.
    Наверное, этот мир был заселен куда более густо, чем представлялось с самого 
начала. И он был потрясающе тесен - дома стояли впритык, громоздились друг на 
дружку, льнули один к одному, совершенно не оставляя свободного пространства. 
Город предстал перед пришельцами из-за барьера тесным и удушливым, как 
муравейник.
    Впрочем, он таким и был уже много лет.
    За время, пока ехали от финишного подвала в офис фирмы "ТП", успели бы 
проехать добрый десяток городков, подобных Сити. Десятка два зон высадки, вдоль 
и поперек. А Бай, печально вздохнув, сказал, что они переместились не так уж и 
далеко - с Рязанского проспекта на Сокол.
    Офис ТПшников располагался чуть в стороне от людного проспекта, на одной из 
боковых улиц. Было зелено: высоченные деревья росли там и сям, заслоняя унылое 
серое небо. Небо было похоже на объем голокуба, настроенного на пустой канал. 
Такое же зернистое, подернутое мелкой рябью облаков. На фоне серого неба и 
мокрого черного асфальта растительная зелень выглядела неправдоподобно яркой и 
свежей. А на Рязанке, там, где Москва впервые явилась взгляду Аурела, деревья 
показались чахлыми и больными.
    С водилами-грачевщиками расплатился Чен. Единственный, у кого нашлись 
внятные деньги.
    - Входите. - Бай первым поднялся на невысокое крылечко и распахнул входную 
дверь.
    Рядом с дверью на стене виднелась табличка: "Институт коммунального 
хозяйства".
    - Бай, - обратился к помеси двух аборигенов Тигри. - А одежду где здесь 
купить можно? Есть магазины?
    - Есть. А что?
    - Даже если я временно мужик, - зло сказал Тигри, - в обносках я ходить не 
собираюсь.
    Одежда Тигра и впрямь изысканностью не блистала. Единственное ее достоинство 
- она была чистой.
    - Потерпи, - просительно выдохнул Аурел. - Обустроимся, только потерпи 
немножко.
    Он не знал, как держаться с подругой, по капризу момента угодившей в мужское 
тело. Не знал и от этого злился. По-прежнему.
    Фирма "ТП" занимала в институте несколько комнат в правом крыле подвала.
    "Снова подвалы, - подумал Аурел, спускаясь по выкрашенной в 
красно-коричневый цвет каменной лестнице. - Здесь нечего бояться высоты, но все 
равно люди стремятся под землю. Странно. Очень странно".
    В офисе нашлось все - и приличные терминалы, и диван, и пара кресел, и 
электрический чайник на низком столике, и даже литровая бутылка водки в сейфе.
    Чен первым делом полез за ней.
    - Не знаю, кто как, - объявил он, - а у меня мысли двоятся. Надо бы для 
успокоения тяпнуть...
    - Закуси нет, - тихо буркнул Бай из кресла. Чен подозрительно на него 
покосился:
    - Это кто говорит? Ты, Бай? Или Сема?
    - Угадай с трех раз, - фыркнул тот. - Я, кстати, тоже не люблю без закуси, 
не только Сема.
    - Так сходить надо, - пожал плечами Злыдень. - Я могу. Только не знаю куда.
    - Щаз, кредитки оформим - и слетаем. Но по первой можно и так, - предложил 
Чен. - Тем более вот минералочка есть. Кто привередливый - запивайте.
    Чен сноровисто, экономными одинаковыми движениями наполнил семь пластиковых 
стаканчиков.
    - Мне непол... - начал было Тигри, но осекся на полуслове. - Хм... А впрочем, 
ладно. Надеюсь, ваш приятель пил водку наравне со всеми.
    - Даже лидировал обыкновенно! - заверил Бай. - Меня с Семой так точно 
обгонял.
    - Ну, - вздохнул Чен, - поехали!
    И одним глотком опорожнил стаканчик.
    Аурел как раз запивал свою долю (водка оказалась на редкость забористой), 
когда дверь офиса распахнулась и на пороге возник средней статуры бородатый 
человек во влажном плаще и тронутых мокрой пылью туфлях. Голова у него тоже была 
влажная; капельки воды отсверкивали в чуть вьющихся жестких волосах.
    - День добрый, коллеги, - поздоровался он, с некоторым удивлением 
разглядывая гостей. - В Медведково льет, блин, как в феврале! И мне налейте...
    - Это Син, - шепнул Аурелу Байкалов. - Настоящий. Московский.
    И пересел за терминал. Он явно собирался заняться кредитками.
    В общем, литр ушел без всякой закуси. Аурел почувствовал приятную 
расслабленность; ощущения оставшегося дома двойника постепенно тускнели и 
сходили на нет. Он оставался один на один с новым миром - один на один, несмотря 
на то, что играть предстояло в команде.
    Гости по очереди садились за терминал и вводили коды; Бай только успевал 
выщелкивать из пластиковой кассеты новехонькие кредитные карточки с еще 
девственно-чистой рабочей полосой. Чен с соседнего терминала влез на сервер 
биржи жилья и копался в разделе "Сдаю". РусТех стоял рядом и с интересом изучал 
новую для себя аппаратуру и новый софт, новый вплоть до операционки. Злыдень и 
Жмур, подозрительно поблескивая глазками, выспрашивали у Синицына координаты 
ближайшего магазина, а Тигри, уронив голову на руки, а руки - на столешницу, 
застыл за угловым столом, на котором не было даже терминала, только древний 
конторский калькулятор неизвестной Аурелу фирмы CITIZEN.
    "Москва, - мысленно вздохнул Аурел. - Чужой мир. Подумать только..."



!TASK 08
[OWNER: Shade]
    Камилл появился вновь очень не скоро. Впрочем, у Шейда не было возможности 
контролировать время - он был заперт в пределах тесного холда, запароленного на 
уровне системных запросов. Единственное, что ему удавалось сделать, - это 
метаться по секторам и бегло просматривать содержимое. Некоторые программы даже 
запускались - большей частью примитивные двухмерные игрушки вроде пасьянсов или 
геометрика. А отслеживать время, находясь в Сети, Шейд не умел. Когда он 
занимался привычным ломом, предварительно всегда крепил к себе таймер, поэтому 
проблем не возникало. Здесь же доступ к системному времени был надежно 
заблокирован.
    Шейд то метался по холду, то впадал в дремотное оцепенение, то тупо 
раскладывал очередной пасьянс, то пробовал гадать на тех же картах. Неизменно 
выпадали крутые хлопоты в казенном доме.
    Голос, как и в прошлый раз, прозвучал неожиданно.
    - Шейд!
    Шейд встрепенулся.
    - Камилл?
    - Не соскучился?
    - Соскучился, - осмелился признаться Шейд. Конечно, он соскучился вовсе не 
по Камиллу. Просто одиночество и неопределенность успели накалить его тревогу до 
запредельного состояния.
    Камилл оглушительно захохотал, словно кондовый мультяшный злодей. Это 
неожиданное сходство с заезженным ширпотребовским стереотипом неприятно поразило 
Шейда - поразило в самое сердце.
    - Когда ты меня отправишь? - жалобно спросил он. - Я домой хочу. Я сделаю 
все, что ты попросишь, только поскорее...
    - Не попрошу, - жестко поправил Камилл, - а прикажу. Разницу уяснил, Шейд?
    Столько в голосе Камилла было напора и силы, столько угрозы, столько мощи, 
что Шейд тотчас сник:
    - Уяснил...
    - Молодец, Шейд. Ладно, слушай. Говорят, ты умелый хакер. И при этом умный. 
Не образованный, не натасканный, не адванснутый - просто умный. Ты знаешь, в чем 
разница. Ты не ломаешь просто так, ради удовольствия. Ты относишься к лому 
исключительно как к работе и лишний раз ни за какие ковриги не пошевелишь 
пальцем. Именно такой исполнитель мне и нужен.
    Камилл сделал паузу; нарушить молчание Шейд, конечно же, не осмелился.
    - Нужно найти в Сети одного ловкача... Найти и прижучить. Думаю, тебе это по 
силам. Найдешь?
    - Найду... - пробормотал Шейд. - Только... Из дома мне было бы легче...
    - А ты и есть дома, - хмыкнул Камилл. - Ты ведь в Сети.
    Шейд долго молчал. Камилл, кажется, ожидал вопросов. Когда тишина стала 
особенно тягостной, невыносимой, Шейд все же решился нарушить ее:
    - Скажите... А почему бы вам не отослать за этим ловкачом своих людей? Хотя бы 
того, который привез меня? Скрутили бы ему руки. Или сразу шею, если конечная 
цель такова...
    - Потому что этот ловкач больше не существует в реале. Как и ты, впрочем. 
Понимаешь, что это значит?
    - Нет, - честно признался Шейд.
    - Тот парень, которого я ищу, в реале убит. Но его сознание сохранилось в 
Сети, и оно ведет себя как обычный юзер с мнемодоступом. Только покинуть Сеть 
сознание не может - оно обречено на существование исключительно здесь, в 
виртуальности. Ему некуда выходить. С тобой та же история, только ты пока не 
убит. Я могу вернуть тебя в тело, но не раньше, чем ты поймаешь моего ловкача. И 
у тебя есть трое суток, не больше, иначе в мозгу начнутся необратимые изменения, 
и тело погибнет. А ты соответственно останешься здесь. В Сети. Так что на твоем 
месте я поторопился бы...
    Шейд ошарашенно слушал откровения Камилла. Своего новоявленного диктатора. 
Трое суток. А потом...
    "А что потом? - с неожиданной злостью подумал Шейд. - Что потом? Смерть? Я и 
так живу лишь в Сети. Нужно оно мне, это жирное и инертное тело, вечно 
получающее по морде у собственного подъезда? Тело, которое нужно кормить, 
которому нужно ежечасно посещать сортир, которое болеет и когда-нибудь начнет 
стариться... Черт бы его побрал..."
    Если бы Шейд умел читать мысли Камилла, он бы понял, что Камилл испугался. 
Ненадолго, всего на мгновение, а может, и меньше. Но Камилл определенно не учел, 
что желание воссоединиться со своим телом у Шейда может оказаться отнюдь не 
таким горячим, как ожидалось. Камилл вообще не задавался подобным вопросом: само 
собой разумеющимся представлялось инстинктивное цепляние разума за бренную 
оболочку. И вдруг - такой поворот!
    Но Камилл быстро нашелся.
    - Трое суток, - отрезал он сухо. - Тело твое погибнет, а тебя я попросту 
сотру. Вот так...
    Перед несуществующими глазами Шейда побуквенно вспыхнула белесая одиночная 
строка:
  ~#mv shade/dev/null
    Вот этого Шейд действительно боялся. Он так много времени проводил в Сети, 
что в какой-то момент стал больше отождествлять себя с сознанием, нежели с 
телом. Но потерять сознание, потерять себя... Закончиться как личность, угаснуть в 
бескрайнем мраке...
    Этого боятся все, независимо от того, думают ли они о сознании или же о 
теле.
    Это - Смерть. То, что ждет всех, и то, о чем большинство старается думать 
как можно реже.
    - Я согласен, Камилл, - прошептал Шейд. - Я согласен. Кого нужно найти? 
Давай я займусь этим сейчас же, раз времени так мало.
    - Его зовут Энди Трушин. Вот адреса его почтовых ящиков в нашей Сети...
    Камилл, сам по-прежнему оставаясь невидимым, вбросил в пределы холда 
несколько адресных строк, издалека похожих на слабо мерцающие лампы дневного 
света.
    - Он что-то затеял, как мне кажется. Садись ему на хвост и отслеживай по 
возможности все доступы. Ни во что не вмешивайся. Только следи. Я хочу знать, 
куда он ходит в Сети? С кем встречается? Что его интересует? Ты понял?
    - Понял.
    - Приступай...
    И на Шейда свалилась еще одна строка. С вожделенным паролем.
    Он схватил ее наперевес, как огромный ключ, белую и сверкающую, разом взмыл 
к выходу из каталога-холда и с размаху вогнал меж двух точек. Холд лопнул, 
словно яйцо, выпускающее в мир новорожденную жизнь. Отовсюду хлынул свет, а 
наверху стал виден радужный тоннель сетевого доступа и смутные очертания 
большого, похожего на исполинский решетчатый куб сервера вдали.
    - Помни, - сказал Камилл. - Даже если ты шатаешься черт знает где, личность 
твоя записана все равно здесь, на моем диске. Одна-единственная команда - и тебя 
нет. Нужный скрипт уже наготове.
    - Я помню... - беззвучно прошептал Шейд.
    Впервые он уходил в Сеть без личины. Лишь эфемерное колышущееся облачко 
скрывало продолговатые коконы с адресными строками, и ничто на первый взгляд 
коконы между собой не связывало.
    Шейд умел паковать информацию в удобный и приемлемый для сетевых работ вид.
    "Ну, - подумал он. - За дело..."
    - И не ошибись, - накатил откуда-то сзади знакомый льдистый голос.
    Накатил - и истаял.



!TASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
    Квартиру Жмур и Злыдень сняли у черта на рогах - в Бирюлево. Рядом с 
кинотеатром "Керчь". В ошеломительно высоком многоподъездном доме, стоящем 
торцом к проезжей части. Хорошо еще, что квартира искомая располагалась всего 
лишь на втором этаже. Не пришлось давить на собственные нервы, выглядывая в 
окно, и карабкаться в немыслимую высь по тесной, вызывающей острые приступы 
клаустрофобии лестнице.
    Злыдень ведь большую часть жизни провел в Еланце, небольшом городке при 
перегоне. А в небольших городках не бывает высотных зданий, это удел Сити и зоны 
высадки. Редко какой городишко на огромном континенте родного мира мог 
похвастаться двухэтажным зданием.
    В глазах Аурела, когда разъезжались, Злыдень прочел то же замаскированное 
замешательство. Лично ему, Стасу Шиманскому по прозвищу Злыдень, больше всего 
били по естеству две вещи: несметные толпы на улицах и прорва высотных зданий.
    До Бирюлево ехали, казалось, целую вечность, то и дело застревая в обширных 
пробках. Зато когда появлялась возможность - таксист гнал так, что дух 
захватывало. Словно по перегону. Но по перегону гнать - милое дело, трасса 
широкая, гладкая и пустая. Если одна-две машины навстречу за час попадутся - 
считай, движение плотное. А тут...
    В общем, Злыдень со Жмуром не могли дождаться финиша. Чтобы набить как 
следует холодильник, распаковать и установить свежекупленные терминалы и надолго 
ухнуть в Сеть. На поиски скользкого и неуловимого противника. Камилла.
    Того, кто заставил бояться и убегать.
    Ведь лучшее средство против страха - устранить причину, его порождающую.
    Соседи лениво глазели, как они таскают на второй этаж картонные коробки с 
аппаратурой.
    После простора и роскоши берлоги Злыдня эта двухкомнатная клетушка казалась 
вопиюще тесной. Впрочем, Злыдень уже понял, что этот мир населен непростительно 
плотно.
    "Ну и фиг с ним, - подумал Злыдень с легким раздражением. - Хватит уже 
удивляться..."
    Пока ввергли терминалы в рабочее состояние и оттестировали систему, за 
окнами начало темнеть. Под пристальным взглядом Жмура Злыдень стянул мнемоюсты с 
висков, задумчиво почесал непривычно плоское пузо и многозначительно вопросил в 
пустоту:
    - А что обыкновенно делают после апгрейду? Или, скажем, установки нового 
железа?
    - Пьют пиво, - с готовностью подсказал Жмур и алчно пошевелил бородой.
    Злыдень фыркнул:
    - Мы ж днем водку жрали.
    - Ну и что? - беспечно спросил Жмур. - Выветрилась давно. Особенно после 
этих... погрузочных работ.
    - Ну, лады. Пошли, что ли, съестного наберем.
    - И пива! - добавил Жмур ревниво.
    - Разумеется, друг мой, разумеется! И пива тоже. Тем более что местного мы 
до сих пор не пробовали.
    В ужасающе узком коридоре они облачились: Злыдень в кожаную куртку и ботинки 
на рифленой подошве, Жмур - в длинный черный балахонистый плащ, черные туфли и 
черную широкополую шляпу. Кроме того, Жмур взял с собой футляр от скрипки.
    - Слушай, - спросил его Злыдень, когда спускались по лестнице. Подальше от 
перил спускались, у самой стеночки... - На фига ты скрипку с собой таскаешь?
    - Это не скрипка, - вяло объяснил Жмур и глубоко вздохнул. - Неуютно мне без 
нее, понимаешь?
    Злыдень только загадочно хмыкнул.
    Болтая о том о сем, они добрели до ближайшего супермаркета - нормального, 
большого и низкого, одноэтажного и оттого кажущегося потрясающе родным. Накупили 
еды и пива. Еды - ленивой: либо готовой, в вакуумной упаковке, либо быстро 
готовящейся, вроде пельменей. Пива набрали всякого, от тверского "Афанасия" до 
шестой "Балтики", черной и плотной, как деготь. С руками, полными пакетов, 
отправились в обратный путь.
    Группа стриженных наголо подростков перехватила их перед самым подъездом 
свежеснятой квартиры.
    - Вот они, - неприветливо буркнул один, худой, как вобла, и прыщавый. Глаза 
у него бегали, словно у пойманного на горячем рыночного жульмана.
    - Ага, - отозвался другой, коренастый и крепко сбитый, с квадратной челюстью 
и впечатляющими надбровными дугами.
    Злыдень машинально опустил пакеты под ноги. Краем глаза он видел, что Жмур 
сделал то же самое и теперь сдергивает с плеча скрипичный футляр.
    Стало тревожно и неуютно, потому что вид у подростков был однозначно 
недобрый и насчитывалось их ажно семеро. Но неожиданно Злыдень осознал, что 
страшно только ему, Злыдню, пришельцу из-за барьера. А хозяин нынешнего тела, 
доселе тихо отсиживавшийся где-то в глубине серого вещества, выныривает из тени, 
и от хозяина истекает веселая злость и не менее веселая уверенность в своих 
силах.
    - Эй, длинный! Ты жид? - угрюмо поинтересовался подросток-вожак. - Фигли ты 
Россию продал, а, жидяра?
    Жмур аккуратно опустил футляр рядом с пакетами, спрятал во внутренний карман 
очки и снял шляпу.
    Подростки атаковали стремительно и синхронно, как крысы. Наверное, вожак 
подал им какой-нибудь незаметный со стороны сигнал.
    С некоторым изумлением Злыдень вместе с оживившимся партнером по телу принял 
первого из атакующих на носок ботинка, молниеносно увернулся от чьих-то кулаков 
и хищно ударил. Раз, другой. Рядом порывисто двигался Жмур, тоже рассыпая удары, 
только не руками-ногами, а непонятной гибкой палкой, которую, наверное, вытащил 
из футляра.
    Все заняло секунд восемь-десять. По истечении этого времени агрессивная 
местная молодежь полегла на мокрый асфальт, щедро оросив его собственной кровью. 
Потери гостей из-за барьера ограничились разбитым кулаком Злыдня.
    - Ух ты, - с легкой растерянностью сказал Жмур и ловко крутнул своим 
оружием. Теперь Злыдень рассмотрел, что снаряд его состоит из трех круглого 
сечения палок длиною сантиметров по сорок и диаметром сантиметра три-четыре, 
скрепленных торцами, как связка сосисок. Орудовал ими Жмур с убийственной 
сноровкой.
    Вопреки ожиданиям, зевак стычка не привлекла, наоборот, окружающие мгновенно 
куда-то попрятались и исчезли. Но в окна пялились со жгучим интересом. Наверное, 
эта когорта недорослей успела нагнать изрядного страху на аборигенов.
    - Вот паршивцы! - воодушевленно сказал Злыдень и сердито пнул ногой 
ближайшего. Тот даже не пикнул.
    - Пойдем-ка. - Жмур уже спрятал в футляр свое орудие, надел шляпу и теперь 
подхватывал с асфальта опрокинутые в пылу схватки пакеты.
    Злыдень последовал его примеру. Отперев кодовый замок подъезда, они нырнули 
в спасительную темноту: лампочки в подъезде по местной традиции не горели.
    Под взглядами любопытствующих жильцов Злыдень почему-то напрягся. Не 
хотелось ему торчать на виду, словно актеру на освещенной сцене.
    Дома они кое-как запихали покупки в холодильник и, не сговариваясь, залпом 
осушили по бутылке пива.
    - Жмур, - тихо поинтересовался Злыдень чуть погодя. - Ты дома... это... драться 
умел?
    - Не особо, - признался Жмур неохотно.
    - А я вообще не умел.
    Жмур нервно тискал бутылку.
    - Что же получается? - рассуждал Злыдень. - Ребята, в которых нас подселили, 
явно не дурни подраться. Интересно, Энди об этом знал?
    - Думаю, знал, - отрывисто сказал Жмур. - Думаю, что он таких специально 
выбрал. Потому что нам предстоит не просто охота, а охота на рыбу крупную.
    - Почему ты так думаешь? - поинтересовался Злыдень.
    - Потому что у меня в футлярчике, кроме палок, еще кое-что есть, - пояснил 
Жмур и откупорил вторую бутылку.
    - Что?
    Вместо ответа Жмур сходил в коридор и принес то, что для всех остальных 
выглядело вместилищем безобидного музыкального инструмента. Принес и открыл.
    На вишневом бархате, помимо аккуратно сложенных палочек-сосисок, в 
специальных углублениях лежали два больших черных пистолета и рядом - по 
запасной обойме. Что-то подсказало Злыдню - это не пугачи и не муляжи какие. Это 
самые настоящие пушки. Заряженные боевыми.
    - Знаешь, Злыдень, - тихо сообщил Жмур, - я нисколько не сомневаюсь, что 
умею ими пользоваться. И должен тебе сказать еще кое-что.
    Жмур нервно хлебнул пива и продолжил:
    - Я совершенно отчетливо сознаю, что Жмуру из-за барьера сейчас должно быть 
страшно. Страшно и тревожно. Но мне сейчас не страшно. Совсем. Я не боюсь. Я 
знаю, что я - сильный. Что я сумею...
    Голос Жмура сорвался, наверное, от легкого волнения. Он махнул рукой и снова 
присосался к бутылке.
    - Черт, - пробормотал Злыдень. - Мысли ты, что ли, читаешь? Я ведь примерно 
то же самое ощущаю, только сформулировать до сих пор не мог.
    - Знаешь, что это напоминает? - утерев пену с усов и бороды, спросил Жмур. - 
Апгрейд. Наращивание мощностей. Расширение возможностей старой тачки...
    - Или, - подхватил Злыдень, развивая неожиданно вспыхнувшую мысль, - 
расширение стандартных функций. Жмешь контрол-функция и получаешь что-нибудь 
новенькое. А?
    - Вот-вот, - подтвердил Жмур. - Энди нас расширил. К умению хакеров добавил 
умение бойцов реала. И мне это, черт возьми, нравится.
    - Мне тоже, - тихо признался Злыдень. - Дай-ка мне еще бутылочку, друг! 
Выпьем за удачный апгрейд любимых нас!
    Холодильник был рядом.
:END PRERARE PROCESS
:GOTO STEP_1



:STEP_01 "ALT"
:START LOCAL PROCESS
rem {Alternative}
rem Полная или частичная замена стандартных функций новыми.
!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    Район, где удалось снять тесную трехкомнатную квартиру, назывался 
Новокосино. Располагался он уже за кольцевой дорогой, опоясывающей Москву. Бай 
сказал, что последние лет двадцать город стал выплескиваться за условную 
границу. В одном из таких прорывов, на восточной окраине, и обосновались Аурел с 
Тигри.
    По местным меркам квартира считалась просторной, но иномиряне потихоньку 
стали привыкать к здешним понятиям. Жить можно - и ладно.
    Вечер первого дня целиком ушел на установку техники, на ее освоение, на 
заботы о быте в ближайшие несколько дней. Им ведь предстояло надолго ухнуть в 
виртуальное состояние, в Сеть. Единственное, что у виртуальщины общего с реалом, 
- это время. И там, и там оно течет одинаково. Только в Сети быстрее реагируешь 
на раздражители, потому что естественная мощь человеческого мозга суммируется с 
быстродействием кристаллических вычислителей. Мозг не так скор, но зато сразу 
отсекает все бесперспективное и ненужное. Процессор туп, но зато позволяет 
обрабатывать впечатляющие массивы информации за микросекунды.
    В сущности, именно этого и не хватало обычным пользователям, пользователям с 
мнемоюстами. Естественный фильтр, ограниченная скорость обмена между мозгом и 
процессором сводила все преимущества симбиоза практически на нет. Другое дело - 
прямой доступ!
    Аурел периодически задавал себе вопрос: а как, собственно, они будут искать 
Камилла в Сети? Безусловно, Энди насчет этого озаботился, но пока своими планами 
что-то не спешил делиться.
    Сидя перед клавиатурой и голокубом, Аурел привыкал к новому. К новому 
формату адресов, к новой идеологии и организации Сети. Протоколы передачи данных 
здесь, ясен перец, свои. Но происходящее в голокубе или ощущения при 
мнемодоступе практически не отличались от привычных. Программисты и технари ведь 
стремятся к одному и тому же. А какими путями они достигают результата - 
пользователь зачастую и не знает. Да и вопросом таким почти никогда не задается. 
Потому что не его это дело и не его хлеб.
    Энди пожаловал в гости около полуночи, когда Аурел блуждал по серверам в 
поисках интересностей. Ничего конкретного он не искал, просто перебирал ссылки и 
проглядывал содержимое выложенных ко всеобщему доступу страничек. Попадались 
забавные. Правда, сравнительно редко.
    Объемное тело очередной странички вдруг схлопнулось в плоскую картинку и 
прилипло к дальнему срезу голокуба. В освободившемся пространстве возникла 
вращающаяся сфера, постепенно обретающая прозрачность. Потом стало ясно, что 
сфера - это нечто вроде голокуба, только непривычной формы. Внутри сгустилось 
изображение головы Энди Трушина. Борода у него почему-то была заплетена в 
десяток коротких косичек.
    - Привет. Освоились? - вопросил Энди бодро.
    - Осваиваемся, - сказал Аурел и вдруг подумал, что уже часа три не обращал 
внимания на Тигри. И не знает, чем он/она занимается.
    Обернулся - дверь в комнату по ту сторону коридора была открыта. Тигри точно 
так же сидел перед терминалом и глядел в голокуб, но, судя по каменной 
неподвижности, ушел в Сеть с мнемодоступом.
    Энди в голографической сфере скосил глаза. Кажется, он нашел в Сети Тири (в 
Сети ведь она примет один из привычных обликов, ничего общего не имеющего с 
телом, что приютило ее в Москве).
    - Давай ты тоже заходи, - сказал Энди.
    Привычное усилие - и Аурел скользнул в Сеть.
    Как в воду со скалы. Разбежавшись.
    Пространство недавно созданного холда пошло медленными ленивыми волнами, 
принимая его тело. Зеленоватый сумрак царил вокруг; где поплотнее, где пожиже и 
попрозрачнее.
    Энди парил в самом центре, растопырив руки и ноги, словно парашютист в 
свободном падении, еще не выпустивший из ранца пестрый спасительный купол. 
Впрочем, Аурел по-прежнему не знал, что такое парашют.
    Потом пришла Тири. Очень похожая на себя живую, только с зеркальной, будто 
хромированной кожей. Любила она образ ртутной девочки-терминатора. И крошила в 
этом образе не в меру ретивых сетевиков весьма умело и весьма беспощадно.
    "Злится, - понял Аурел. - Еще бы не злиться! В мужском теле-то..."
    - Ну что? - вопросил Энди буднично. - Опять травку сотворить?
    - Чего ты ее так любишь? - проворчал Аурел.
    - Это тебе легко не любить травку-то, - недовольно буркнул Энди. - Ты ее 
каждый день видишь.
    Аурел устало вздохнул:
    - Снаружи я вижу в основном дасфальт. Ну, в лучшем случае - тротуарную 
плитку.
    - Дасфальт любят только маньяки, - заявил Энди и неожиданно 
разоткровенничался: - Кстати, в Москве улицы покрыты другой массой, местные ее 
называют "асфальтом". Без "д".
    Умолкнув, Энди плавным пассом устелил условный "низ" холда... нет, не травкой. 
Гладким дощатым полом с плотно пригнанными досками. Миг - и выросли стены из 
полупрозрачного светлого материала вроде рисовой бумаги, и легкая сводчатая 
кровля, непонятно на что опирающаяся.
    Впрочем, в виртуальщине ей не нужно было ни на что опираться, кровля могла 
парить, не падая, повинуясь одной лишь воле создателя.
    Она и не падала.
    - О! - оценил Аурел. - Хоть какое-нибудь разнообразие. А то все лужайки 
какие-то да газоны...
    Энди тем временем успел облачиться в просторное, по его внушительным 
габаритам, кимоно. Косички из бороды пропали, борода из широкой и лопатообразной 
стала узенькой и длинной, почти козлиной. Волосы почему-то оказались собраны в 
тугой шар на темени и проткнуты хромированной спицей. Аурел склонялся к мысли, 
что подобная прическа скорее подошла бы женщине. Но потом вспомнил, что Энди, в 
сущности, бесплотен и беспол. Теперь он всего лишь дух информационного мира, 
несколько терабайт двоичного кода, записанного неизвестно где и неизвестно как 
сохраняющего целостность.
    От этой мысли враз стало нестерпимо зябко, словно при осознании неотвратимой 
и неизбежной смерти. Каждый человек периодически вспоминает, что век его 
небесконечен и что когда-нибудь он обратится в бессмысленный комок мертвой 
плоти, ничего уже не чувствующей и не значащей. И что этот комок кто-то будет 
резать скальпелем, дабы установить причину смерти, кто-то будет одевать в 
последний костюм, кто-то будет укладывать в тесный продолговатый ящик, кто-то 
уронит слезу-другую, а впереди останется только квадратный зев печи крематория и 
равнодушное небо, которое вберет в себя все оставшееся от некогда неповторимой 
личности, от страданий и надежд, от знаний и привязанностей. "Лучше уж так, - 
подумал Аурел, непроизвольно передернув плечами. - Лучше потеряться в Сети, чем 
просто исчезнуть, стать чернотой и ничем. Я этого не испытал, но ей-ей, лучше 
эта чудовищная эмуляция жизни, чем ничто".
    - А мебель ты не догадался сотворить? - послышался знакомый голос, и Аурел 
моментально обо всем забыл.
    На дощатом полу стояла она, Тири, его Тири, - не ртутная девочка-терминатор, 
а живая девчонка, в джинсах, ботиночках от Монтрея, любимой куртке и неизменных 
очках-звездочках.
    Аурел едва не задохнулся от внезапно нахлынувшего понимания, понимания, 
насколько он соскучился по ней, по настоящей Тири.
    - Мебель... - проворчал Энди. - Слишком уж вы увлекаетесь частностями, 
коллеги...
    - А чем увлекаешься ты? - спросила Тири с неожиданным интересом.
    - Делом, - отрезал Энди, оценивающе оглядел собеседников. - Пора бы и 
поработать, а?
    - Командуй. - Аурел картинно повел плечами. - Я до сих пор не представляю, 
что нам предстоит совершить. Что ломать и как результатами лома распорядиться...
    - Нет, Аурел. - Энди отрицательно покачал головой. - Первые шаги к цели 
предстоит сделать отнюдь не в Сети. В реале.
    - В самом деле?
    Аурел был само внимание.
    - Ну подумай сам. Как мы можем посредством Сети в этом громадном городе 
выйти на Камилла? А на твоего двойника в теле Бая? Да мы их можем годами искать 
и все равно не обнаружим. Другая статья - реал.
    - Постой. - Аурел, похоже, начал понимать. - Действительно... Мой двойник ведь 
в теле Бая находится. А ТПшники явно знают, где Бай жил в Москве!
    - Именно! - подтвердил Энди. - Но сначала тебе нужно слегка... подготовиться.
    - Горю желанием, - фыркнул Аурел.
    - Тогда раскрывайся.
    - Что?
    - Раскрывайся. Я кое-что загружу в твое сознание.
    - Что именно?
    - Не спрашивай. Но это тебе очень пригодится. Не в Сети, нет. Там, в реале...
    Почему-то Аурела резанули последние слова - "там, в реале...". Они были 
произнесены с такой глухой и неизбывной тоской, что по коже продрал мороз. Для 
Энди нет больше никакого "там". Есть только "здесь", что означает - в Сети.
    Наверное, это очень тяжело.
    - Начинаю, - буркнул Энди и вытянул навстречу Аурелу руки. С пальцев его 
сорвались сияющие нити, сотканные из мельчайших буковок и цифирок, и эта 
световая лавина разом обрушилась в разум Аурела.
    Ему показалось, что мнемоюсты раскалились и стали мягкими, как пластилин.
    А потом все кончилось.
    Стало пусто и гулко, как в порожнем транспортном контейнере. Сознание 
потрескивало, остывая, а к виртуальному потолку холда, завиваясь в колечки, 
поднимался виртуальный дымок. От головы Аурела.
    - И все-таки... Что это было?
    - Скоро узнаешь.
    "Черт бы тебя побрал с твоими загадками", - раздраженно подумал Аурел.
    Энди не обратил внимания, хотя Аурел очень подозревал, что в Сети тот 
способен улавливать мысли собеседников.
    - Завтра с утра за вами заедет РусТех. Надо постараться и перехватить 
псевдо-Бая по пути в контору Камилла.
    - А может, на обратном пути? - предложил Аурел. - Заодно узнаем, где контора 
Камилла расположена.
    Энди фыркнул.
    - Ты думаешь, я не знаю, где она расположена? На их стандартных бланках 
указаны адреса - и сетевые, и реальный. А шаблоны любых бланков лежат у них на 
серваке и даже ничем не защищены, потому что Камилл создает иллюзию и имидж 
легальной фирмы.
    - Понятно, - вздохнул Аурел.
    - Вот и ладненько. Выходите и отсыпайтесь. Завтра - ключевой день.
    - Пока, - попрощалась Тири и вышла из виртуальности.
    Аурел задержался еще на миг - для того, чтобы взглянуть Энди в глаза. Долго 
и пристально.
    Но Энди, виртуал из виртуалов, мог нарисовать в несуществующих глазах все 
что угодно. И скорее всего - так и делал.
    Во взгляде его читалось ободрение со штришками покровительства. Мол, 
крепись, пацан, если что - большой дядя рядом.
    "Боже мой, - подумал Аурел. - Во что я ввязался? Зачем я научился ходить в 
Сеть без мнемоюстов? Зачем?"
    Все необычное кажется нам то благом, то проклятием, в зависимости от 
обстоятельств. И никуда от этого не деться, сколько себя ни обманывай.
    С этим неожиданно выкристаллизовавшимся выводом Аурел вывалился в реал. И 
послушно пошел отсыпаться.
    В постели ему стало смутно и одиноко - ведь, с одной стороны, Тири 
находилась здесь же, рядом, в соседней комнате. И в то же время ее не было, был 
незнакомый мужик с внушительными волосатыми кулачищами. От подобного абсурда 
хотелось выть.
    Но выть Аурел позволял себе только мысленно.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    - Нет, - уверенно сказал Бай. - Раньше одиннадцати он не выйдет. Что я, себя 
не знаю?
    - Смотри, - фыркнул и в Москве не изменивший джинсе РусТех. - Тебе виднее, 
конечно, но если упустим сегодня, считай, день потеряли.
    Тигри угрюмо поднял/подняла взгляд на тщедушное тело, в котором пребывал 
ныне Бай.
    А тот мечтательно уставился в закругленный свод арки:
    - Эх... Возьмем - вернусь в свое тело, как хотите. А то вчера тумбу 
передвинуть хотел - не поднял, блин...
    - Без аппаратуры не вернешься, - вздохнул Аурел.
    - Почему без аппаратуры? - удивился Бай. - Мы ж меня... э-э-э... пленного на 
Рязанку повезем, в тот подвальчик, куда прибыли. А там аппаратуры навалом!
    - Да? - живо заинтересовался/заинтересовалась Тигри. - Тогда и я хочу 
переселиться! Пошел Энди со своей конспирацией куда подальше!
    - Тише, тише, - примирительно шевельнул руками Аурел. - Люди сейчас 
оборачиваться начнут!
    Прохожие, тянувшие через двор к метро, действительно начали коситься на 
необычную компанию в арке.
    - Интересно, - спросил Бай, - в кого ты собираешься переселяться?
    - В женщину, - отрывисто бросила Тигри.
    На этот раз - именно бросила, хоть и сказано это было знакомым всем ТПшникам 
баском.
    - В какую?
    - В любую.
    "Так уж и в любую, - с легким сомнением подумал Бай. - Небось в старуху не 
полезешь..."
    Стоящий посреди двора у спортплощадки Злыдень вдруг сделал условный знак: 
"Внимание!"
    Надо понимать, псевдо-Бай вышел из подъезда. Псевдо-Бай и псевдо-Аурел. Два 
в одном.
    Реальность завивалась в причудливые петли.
    Бай в облике Семецкого сделал несколько шагов в направлении двора и, когда 
псевдо-Бай, целеустремленно шагающий к арке в дальнем конце двора, оказался в 
поле зрения, негромко позвал:
    - Эй, Дима!
    Псевдо-Бай замедлился, повернул голову. Глаза у него были очумелые, словно у 
только что подравшегося кота. Медленно вытащив из ушей бусинки наушников, 
псевдо-Бай спросил:
    - Что?
    - Сюда иди! - махнул рукой "Семецкий".
    Псевдо-Бай мгновение поколебался и шагнул к арке.
    Но первым под арку вошел не псевдо-Бай, а Жмур - высокий, весь в черном и с 
футляром от скрипки, - делающий вид, что просто проходит через двор. Посреди 
арки он запнулся, замедлился, а когда псевдо-Бай оказался точно у него за 
спиной, резко и экономно двинул жертве локтем под дых. Потом полуобернулся и 
добавил ладонью по шее.
    Упасть псевдо-Баю не дали - подхватили под локотки. К арке тотчас подкатил 
микроавтобус - за рулем сидел Чен, с ним рядом - РусТех. Псевдо-Бая спешно 
погрузили в салон.
    Когда ловко взятый "язык" уже вытянулся на сплошном "диванчике" из четырех 
сидений, что раскинулся по всей ширине автобуса в задней части салона, в арку на 
свою беду вошла девушка лет двадцати. Сделав по инерции несколько шагов и, 
видимо, почувствовав неладное, она остановилась, но было уже поздно.
    Стоящий дальше всех от выхода из-под арки на улицу Тигр стремительно 
переместился к ней, схватил одной рукой за плащ, второй зажал рот, силком 
протянул к автобусу и запихнул внутрь. Над ладонью Тигра, поросшей редкими 
рыжими волосками, полнились ужасом огромные черные глаза.
    РусТех мрачно обернулся на переднем сиденье и свинцово взглянул на пленницу:
    - Веди себя тихо! - угрюмо предупредил он.
    Похоже, РусТех все понял. Сразу же. Поэтому фраза его прозвучала негромко и 
практически не содержала угрозы. Но тем не менее показалась очень веской.
    Гости из-за барьера грузились в салон и торопливо рассаживались. Последним 
внутрь шмыгнул Злыдень и с хрустом захлопнул дверцу.
    - С почином, - буркнул он удовлетворенно.
    Микроавтобус тронулся, а на подвешенном к потолку мониторе не замедлила 
появиться физиономия Энди Трушина.
    - На Рязанке все готово, - бодро сообщил он. - Поддайте-ка скорости, орлы... и 
орлицы.
    Он тоже все понял. И не стал задавать лишних вопросов по поводу присутствия 
в салоне не известной никому девушки. По крайней мере - сейчас не стал.
    Езда по Москве совсем не походила на гонку по перегону. Там - стремительное 
и безудержное движение, равномерное и мощное, здесь - пунктир, чередование 
разгонов и торможений, бесконечная лавировка в плотном автомобильном строю. Бай 
еще не успел как следует забыть Москву и сейчас глядел в окно с легкой 
ностальгической грустью. А вот в глазах Жмура и Злыдня, вынужденных 
придерживаться за поручни, цвело непонимание и скепсис. Для них рейс сквозь 
Москву был чем-то непривычным и совершенно чужеродным.
    Чен гнал микроавтобус умело и рационально. Втискивался в бреши потока, если 
нужно - подрезал, если нужно - пропускал. На Рязанке зацепились за "зеленую 
волну" и довольно долго проскакивали светофор за светофором без малейшей 
задержки. В этот момент даже Жмур со Злыднем заметно повеселели.
    Свернули в давешний дворик; здесь было так же пустынно, только чуть в 
стороне от дома, рядом с мусорными баками, бомжеватого вида забулдыги сгрудились 
около ржавой бочки, в которой робко полыхал рыжий огонек.
    РусТех выскочил первым и деловито сунулся в подъезд. Отсутствовал он около 
минуты, потом дверь подъезда распахнулась, и РусТех с порога призывно поманил 
рукой.
    Псевдо-Бай к этому времени еле-еле успел очухаться, но в себя все равно еще 
толком не пришел. Девушку пришлось выключить: на выходе она попыталась вырваться 
и закричать.
    Не успела - только коротко взвизгнула и обмякла в руках Злыдня.
    В подвале капала вода и вообще было сыро и промозгло. Угрюмая личность со 
связкой ключей в руках безмолвно таращилась на гостей из темного тупичка. В 
помещении с аппаратурой хлопотал парень, чем-то неуловимо напоминающий РусТеха - 
не внешностью, нет. Не то экономностью движений, не то уверенным видом. Не то 
джинсой... Но все-таки дело было не только в джинсе.
    - Сначала перетаскивайте меня, - не терпящим возражений тоном заявила Тигри. 
- Это мерзкое туловище у меня уже вот где сидит...
    Оглушенную девушку бережно уложили в одно из кресел.
    Энди Трушин, перебравшийся с экрана автобусного монитора на экран монитора 
местного, пробурчал откуда-то из дальнего угла, где были установлены динамики:
    - Эй, кто-нибудь, поправьте камеру, а то я вижу только стену и малость 
потолка...



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
    - Эй, кто-нибудь, поправьте камеру, а то я вижу только стену и малость 
потолка...
    Аурел был ближе всех; видеоглазок на гибкой хромированной штанге 
действительно смотрел отнюдь не в центр комнаты. Наверное, кто-то из проходящих 
задел. Выпрямив штангу, Аурел справился:
    - Так хорошо?
    - Чуть ниже, - попросил Энди. - Во, вот так нормально.
    - Так что, Энди? - Техник в джинсе, похожий на РусТеха, повернулся сначала 
на голос, потом сообразил и шагнул в сторону видеоглазка. - Переселять ее в 
девку или как?
    - Переселять! - пробасила голосом Тигра Тири. - И без возражений!
    - Черт с ней, - согласился Энди. - Если бабе что-нибудь втемяшилось в 
голову, проще согласиться, чем уговаривать. Чихать она хотела на чьи-то планы и 
на заботу о безопасности.
    Тигр, не обращая внимания на эти слова, присел в ближайшее кресло и опустил 
на голову выпуклый колпак мнемосчитывателя. В соседнем кресле, безвольно 
откинувшись на спинку, уже сидела нежданная жертва Тири. Опуская колпак ей на 
голову, Аурел на миг замедлился и вгляделся в расслабленные черты пленницы.
    Она была красива, красива и привлекательна, и даже расслабленность 
беспамятства не омрачила этого лица. Аурел подумал, что будет приятно 
прикоснуться к нему, если знать, что на какое-то время - это лицо любимой.
    Серебристый колпак с отчетливым щелчком опустился. Перед глазами остался 
уводящий в решетчатые недра мнемошлема жгут проводов, забранных в черную 
гофрированную кишку.
    Джинсовый техник коснулся клавиатуры на пульте.
    - Поехали! - сказал он сипло и с размаху клюнул указательным пальцем клавишу 
"Enter_".
    Никаких видимых эффектов, никаких звуков. Таинство обмена личностями 
происходило в полной тишине и неподвижности. Лишь зрители покашливали и 
переминались с ноги на ногу.
    - Готово, - буркнул техник. - Вынимайте. Теперь вторая фаза, тут схема чуть 
посложнее...
    Аурел немедленно убрал вверх мнемошлем и бережно взял за плечи черноглазую 
Тири.
    Уже Тири.
    Ее.
    Единственную.
    Тири все еще пребывала в беспамятстве, но теперь веки ее мелко подрагивали, 
а глазные яблоки заметно двигались. Что происходило у нее в мозгу? Какие картины 
являлись сознанию? Аурел не знал. Личность его возлюбленной накладывалась на 
личность черноглазой незнакомки, воспоминания растворялись друг в друге, 
возникали и распадались тысячи и тысячи нейронных связей...
    - Давай в кресло, хорош обниматься, - буркнул техник Аурелу. - Эй, подержите 
кто-нибудь девку.
    Аурел медленно выпрямился и так же медленно обернулся.
    - Еще раз назовешь ее девкой, - отчетливо выговаривая каждое слово, 
предупредил он, - я тебе все зубы вышибу.
    Техник неприязненно фыркнул, ничего не ответив.
    Тири охотно подхватил Злыдень. Начавшего приходить в себя Тигра выгнали из 
кресла и усадили на табурет в углу. Тигр тряс головой и озирался, но, увидев 
Чена и Семецкого, сразу успокоился, прислонился спиной и затылком к холодной 
стене и утомленно прикрыл глаза.
    - Так, двойной обмен со сдвигом, - бормотал техник за пультом, только что 
язык не высунув от усердия. Пальцы его так и порхали над клавиатурой. - 
Наложенное сознание из двойки - в пятерку, наложенное сознание из тройки - на 
его место. Два восстановления и одна очистка... Готово. Эй, расселись?
    Аурел послушно опустился в кресло и, прежде чем нахлобучить колпак, 
покосился на соседей - Семецкий/Бай и псевдо-Бай/псевдо-Аурел уже надвинули 
колпаки. В результате перемещений в одном теле должен был психически 
восстановиться полный Аурел, во втором, в истинном своем теле, полный Бай, а 
сознание Семецкого должно было очиститься от непрошеных гостей.
    Энди знал, что делал. Вытаскивал из игры Камилла втянутые матрицы личностей 
Бая и Аурела. Тем самым Энди, незримый сетевой фантом, одновременно мог 
прояснить многие планы Камилла и отследить его недавние действия. Потому что в 
объединенных личностях доминанты играли на стороне Энди. А пассивные матрицы 
всего лишь обладали нужной информацией. Доминанта подчинит пассив, а нужная 
информация станет достоянием команды Энди.
    Как просто.
    И как сложно.
    Холодная игла пронзила сознание Аурела, картинка перед глазами знакомо 
раздвоилась и стала медленно совмещаться.
  :TASKMGR REPORT
  ~#CONDITION: MULTITASK
  ~#MODE: END TASK 0A
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
  ~#MODE: SET CLOSED N-LINES TO TASK 0F
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
  ~#MODE: SET IMPORT N-LINES TO TASK 03
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
  ~#MODE: SET IMPORT N-LINES TO LOCATED ADRESSES
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
  ~#MODE: CLEAN FREE OBJECTS
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
    Когда гулкий звон в голове умолк, Аурел смог встать, но его тут же бережно 
усадили назад, в кресло. Кто-то поводил перед его глазами двумя пальцами. Аурел 
поморщился и отвел руку, оказавшуюся рукой РусТеха, в сторону.
    - Сейчас, - сказал он, привычно морщась. - Сейчас...
    Он снова открыл глаза и вздрогнул. На него глядела черноглазая девушка. Ее 
лицо было так близко, что он различал неравномерности распределения цвета на 
радужках. Словно на картинке в давно устаревшем вакуумном мониторе при паршивом 
разрешении.
    - Как ты, Ури? - спросила она незнакомым голосом. Но от интонаций у Аурела 
защемило внутри.
    - Нормально, - сказал он, захлебываясь от не замедливших нахлынуть чувств. - 
Нормально, Тири.
    - Здесь меня зовут Вероника, - зачем-то сообщила она.
    Нахлынувшие чувства разом исчезли. Разом. Вместо них осталась пустота. 
Только стремительно разросшаяся и заполнившая собою все и вся пустота, словно 
звук чужого имени волшебным образом развеял все очарование момента.
    Зато он сразу прикоснулся к мыслям и воспоминаниям похищенной и плененной 
Камиллом половинки себя.
    Вспомнил, как по приказу Камилла ломал какой-то хиленький сервачок в 
бесполезной, на первый взгляд, почтовой конторе. Вспомнил, как развешивал 
программы-сшивки по десяткам адресов, раздробленные программы, умеющие дремать 
неделями, но оживающие по евенту-событию, неотслеживаемые в дреме и 
неуничтожимые по запуску. Вспомнил, как подбирал управляющие коды к совершенно 
диким почтовкам, перекачивающим бесконечные цепочки однотипных символов, и как 
по указке Камилла менял цепочку, допустим, семерок на цепочку, допустим, двоек. 
Менял по двадцать раз на дню. Как писал коротенькие полубоевые скрипты, ничем 
серьезно не вредящие, но могущие довести незадачливого сетевика-чайника до 
белого каления.
    Вспомнил гнетущую пустоту вечерами, заполненную чипсами и футболом по 
телемодулю. Пустоту и тоску по чему-то большему. И еще - отчаяние от 
неспособности понять причины этой тоски.
    Он тогда и не способен был понять причины. Потому что Камилл выдрал из 
личности Аурела ту часть, которая в состоянии что-либо понять. Осталась часть, 
охотно подчиняющаяся давлению извне. Приказам Камилла.
    Он вспомнил первые размолвки с Тири, когда не пожелал ей уступать - из-за 
того, что частичка его личности, умеющая уступать, уехала за барьер и осела в 
Москве.
    Он много чего вспомнил и осознал. За какой-то миг. За короткий, как вспышка, 
как путь почтового пакета от роутера до роутера, миг.
    Но понять, что он делает в этом странном многоуровневом, кишащем людьми 
мегаполисе, все равно не смог.
    Как очнулся Бай, Аурел попросту не запомнил.



!TASK 0С
[OWNER: Данияр Накупов]
    [А работаешь ты кем?] - спросила PANTHERA заинтригованно.
    Корвин, в реале Данияр Накупов, остро ощутил заинтересованность собеседницы. 
Что-то ему подсказывало - это действительно девушка, а не удачный виртуал, 
созданный скучающим сетевиком-мужчиной.
    [Сисадмином] - сознался Корвин.
    [А что это?]
    [Сисадмин? Ну... Это нечто среднее между шаманом и электриком :))) ]
    [lol! А серьезно?]
    [Да так оно и есть. Слежу за сеткой. Если не работает - шаманю. Если не 
помогает - тянусь к выключателю...]
    [А территориально ты где?]
    [Алма-Ата]
    [У... Далеко...]
    В этот момент над селектором возник белесый голокуб с бюстом шефа в объеме.
    - Накупов! - грозно вопросил шеф. - Ты болгарские данные снял?
    - Докачиваю, шеф! - отрапортовал Корвин бодро. - Девяносто один процент!
    - Что так долго? - Шеф поморщился. - Опять порнуху, что ли, тянешь 
параллельно?
    - Каналы перегружены! - соврал Корвин. - Особенно между Киевом и Софией. 
Хохлы вечно экономят на каналах!
    Одновременно Корвин отстучал невидимой PANTHER'e:
    [Сорри, тут работа подвалила... Вечером буду]
    [Ладно, пока]
    - Смотри у меня! - с начальственным прищуром пригрозил шеф. - На твое место 
конкурс человек десять! Мигом вылетишь!
    "Угу, - особо не пугаясь, подумал Корвин. - Щаз! Из этих десяти одиннадцать 
- сугубые чайники. Они тебе наработают..."
    Шеф всегда орал и угрожал, но вряд ли бы решился действительно сменить 
умелого сисадмина. Рабочая сетка нужна была всем. Особенно шефу, держащемуся за 
свое кресло руками, ногами и зубами.
    Двумя движениями кисти Корвин вскрыл настройки и перетянул сеттер 
приоритетов из позиции {50/50} на позицию {75/25} в пользу болгарского траффика. 
Не останавливать же свой!
    Индикатор выполнения приоритетной задачи пополз заметно быстрее.
    - Еще минут десять, - заверил Корвин. - И все!
    Пакеты докачались почти синхронно. Столбик болгарских данных затенился 
полностью и исчез из голокуба, сменившись короткой и исчерпывающей ремаркой 
[Done]; столбик массива, который Корвин перекачивал из Москвы, почему-то 
некоторое время стоял на отметке 100%. Стоял дольше, чем полагалось, хотя 
соответствующий глазок на хабе сигнализировал, что данные все еще 
перекачиваются. Но в конце концов и тут возникло долгожданное [Done], и Корвин 
не придал значения неожиданной заминке. Охранные скрипты молчали, значит, 
никакой гадости вместе с данными он не скачал.
    Первым делом Корвин распаковал болгарский пакет и сбросил шефу; потом 
отвлекся и попутно отследил некоторые странности в пределах холда; пришлось 
оживить пару дополнительных охранных скриптов. Как оказалось, не зря: кто-то 
снова пытался подобрать пароль легального пользователя местной сетки. Похоже, 
приклеившись к могучему болгарскому траффику - попробуй на фоне гигабайтного 
потока вычленить короткие запросы подстановки!
    Не впервые Корвин отслеживал попытки неведомого болгарина влезть в его 
вотчину. Зачем это было нужно гостю из виртуальности - поди угадай! Как раз 
вчера Корвин написал коротенький информационный скриптец.
    Заблокировав канал, по которому ломился болгарин, и тем самым спугнув его, 
Корвин добрался до своего нового скрипта, который незамысловато обозвал whois, и 
считал последние накопленные данные.
    Болгарин пользовался точкой входа в Пазарджике, и звали его Незабор Бандлов. 
Если, конечно, это реальное имя...
    "Опять ты, - зло выдохнул Корвин. - Ну погоди..."
    Этот болгарин успел достать чуть не всю Алма-Ату, да и из Джезказгана 
приятели-сисадмины уже неоднократно жаловались.
    Устроить ему козью морду? Возни ведь много...
    "Но ведь и времени тоже много", - подумал Корвин, все еще сомневаясь.
    Потом решительно пододвинул клавиатуру и открыл кубик новой задачи.
    Так он и не заметил, что от скачанных московских картинок отделился умело 
приклеенный исполняемый модуль и тихо осел в глубине холда, ничего не нарушив и 
ничего не изменив. Ну, почти ничего: только слегка подправив размер свободного 
места на холде. Ровно на собственный объем.
    Теперь он стал невидимым и неощутимым. До часа, когда получит команду на 
исполнение.



!TASK 08
[OWNER: Shade]
    Следы Энди Трушина в Сети Шейд обнаружил удивительно легко. Да там и 
делов-то. было чуть, поскольку адреса почтовых ящиков известны. Неудивительно, 
что Энди выгребал почту очень часто - чем еще заняться неприкаянному узнику 
Сети, лишенному возможности вернуться в реал, в человеческое тело?
    Шейд был осторожен. Трассировать доступ Трушина в он-лайне он вообще не 
решился. Чутье подсказывало - перед ним истинная сетевая акула. Монстр, которому 
стоит только щелкнуть пастью - и большая часть сетевого люда примется недоуменно 
вертеть головой у терминала. И хорошо еще, если их файлы, доступ, а то и 
терминал окажутся целыми и неповрежденными. Помнил Шейд забавную и одновременно 
пугающую историю, когда некий пальцатый бизнесмен умудрился наступить на любимую 
мозоль самому U@P, гуру среди гуру. Через полтора часа, по данным сетевой 
статистики, означенный бизнесмен никогда не рождался, нигде не учился, не имел 
никаких счетов, страховок и недвижимости, зато числился в мировом розыске 
Интерпола, розыске РУБОП и появился в каталогах практически всех крупных 
гей-серверов с весьма игривым объявлением. Единственное, что U@P оставил ему, - 
это мобильник. Правильно, должны же были игривые пидоры куда-то звонить...
    Относительно Энди Трушина Шейд сразу составил мнение: если этот невольный 
виртуал и пожиже U@P, то ненамного. Поэтому он долго кружил вокруг да около и 
ждал удобного момента.
    Дождался. Логи и прочий мусор Энди всегда трудолюбиво уничтожал лапшерезкой. 
Так, что никаких следов не оставалось. Но вот однажды он куда-то, видимо, спешил 
и потер логи обычным манером. Первый символ обнулился, место на физическом диске 
было объявлено свободным, но сам-то файл какое-то время еще продолжал лежать все 
там же, в тех же секторах и кластерах. До тех пор, пока на это место не писалось 
что-либо еще, поверх.
    Шейд успел скопировать парочку логов и принялся их трудолюбиво вылизывать на 
предмет доступа в различные уголки Сети. Вылизывал часа три; отметил, что более 
одного раза Энди нелегально лазил на //sannata.ru (!!) и по абстрактному 
IP-адресу podval@216.107.107.52. Реальные координаты этого ай-пи удалось 
вычислить с четвертой попытки - некоторую переадресацию неведомые хозяева 
все-таки применяли. Орехово-Зуевский проезд, дом 8. Рядом с Рязанским 
проспектом. Еще показалось интересным вот что: если по всем остальным адресам 
следы Энди вели дальше, паутиной охватывая все новые и новые линки, то из этого 
podval'a все вело в один-единственный отросток /gate89//, и дальше след попросту 
исчезал. Два слэша не перед доменным именем, а после субдоменного тоже наводили 
на определенные размышления. Из означенного гейта тянулся довольно внушительный 
жгут еще не потертых доступов с теми же свойствами, из чего Шейд неизбежно 
заключил, что это либо шлюз какой-либо приватной Сети, либо... либо путь за 
упомянутый Камиллом барьер. В иной мир.
    На сем Шейд решил изыскания прекратить: береженого Сеть бережет. Он честно 
сдал Камиллу результаты поисков и был неприятно поражен хищной улыбкой своего 
диктатора. А особенно тем, что Камилл явно не спешил возвращать Шейда в его 
собственное, протухающее с каждой минутой тело.
    Откуда Шейду было знать, что в его теле давно уже хозяйничает чужое 
сознание?
    Информацию, добытую Шейдом, Камилл принял к сведению и исчез. Почему-то 
оставив доступ к Сети, а не заперев вновь на локальном холде.
    Прождав еще немного, Шейд неожиданно даже для себя вдруг подставил в 
адресное поле podval'ный ай-пи плюс субдомен и поглядел, что из этого 
получилось.
    Получилось, вопреки ожиданиям, то, чего Шейд рассчитывал достичь путем 
долгих мытарств.
  ~#gate keeper: start gating procedure y/n?
    Виртуально зажмурившись, Шейд сказал "у" и "enter_".
    В следующий момент он оказался в корне //gate89.
    В корне. То бишь по другую сторону шлюза. И с изумлением осознал, что Сеть 
по эту сторону шлюза выглядит как-то НЕ ТАК.
    А потом в подвал на Рязанке нагрянули боевики Камилла и переколошматили всю 
аппаратуру, о чем Шейд тоже, естественно, знать не мог. Он с некоторой 
растерянностью воззрился на неожиданно вспыхнувшую алую мигалку:
  fatal error, gate access denied
    Остаться в чужом сетевом пространстве, когда назад в родную Сеть не пускают, 
тело находится неизвестно где и в чужой власти, а время, отпущенное телу, 
утекает, как песок сквозь пальцы... Мало кто не запаниковал бы в подобной 
ситуации. И не все сумели бы панику быстро унять.
    Шейд смог. Потому что чувствовал в себе силу стать своим даже в чужой Сети. 
А тело... известно, как Шейд относился к бренному телу.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    К удивлению Бая, восприятие после слияния со своей ущербной половинкой не 
слишком изменилось. Помнил он в основном себя, ушедшего за барьер и вернувшегося 
в Москву. Вместо московских воспоминаний зияли сплошные провалы, заполненные 
чем-то похожим на клубящийся в оврагах утренний туман. Впрочем, чему удивляться? 
Память ушла из сознания полу-Бая вместе с половинкой Аурела. Вместе с 
насильственно подсаженной личностью забарьерного хакера-мнемоника.
    Зато как приятно было вернуться в свое, хорошо знакомое и уже почти забытое 
тело! Увидеть мир не с высоты подмышек, а с полновесных ста девяносто пяти 
сантиметров! Моторика восстановилась мгновенно, возможно, стараниями 
заторможенной московской половинки. Да и какая, в сущности, разница, чьими 
стараниями? Главное - восстановилась.
    После манипуляций со слияниями потерянных половинок и сменой тел когорта 
Энди расползлась по устроенным норам, уговорившись вечером провести очередное 
совещание. Выбывших из игры Семецкого и Тигра вежливо спровадили в контору.
    Бай вначале опасался каких-нибудь трудностей с похищенной девчонкой, но она 
безропотно последовала за Аурелом. Видать, пребывание в теле Тигра здорово 
допекло Тири, и она подчинила новую оболочку жестко и полно. Мысленно Бай 
попытался представить себя в женском теле и немедленно содрогнулся.
    Нет уж. Даже в теле Семецкого - и то лучше...
    До дома его подбросили Чен с РусТехом. Бай бодро выскочил из микроавтобуса и 
сделал народу ручкой:
    - До вечера!
    - До вечера...
    Микроавтобус фыркнул и стрелой умчался в тусклый московский день. Бай 
неторопливо побрел к арке, где его телесную оболочку и часть личности совсем 
недавно нагло спеленали теперешние соратники в поединке с Камиллом.
    Проснулся Бай только к вечеру, чувствуя себя отдохнувшим и куда более 
цельным. Исчез шов по центру души. Он снова стал собой, самим собой, и 
неожиданно ярко ощутил это.
    Решение остаться за барьером почему-то стало казаться едва ли не глупым. И 
дело даже не в том, что здесь-то дом, а там - всего лишь свобода. Какой прок в 
свободе, если ты лишен дома? Почти никакого.
    Глупостью представился факт раскола неповторимой своей личности на две 
неравноценные половинки. Надругательство над собственным "Я" - что может быть 
чудовищнее и бессмысленнее?
    Одновременно вскипала и накапливалась злость на Камилла - того, чьими 
заботами Бай с приятелями перенесся в далекий бесконечный мир с причудливой 
неравномерной гравитацией. Чьими заботами чужак-хакер, неплохой в общем-то мужик 
Энди Трушин, лишился жизни в реале и оказался наглухо заперт в не знающем границ 
киберспейсе, общем виртуальном пространстве множества миров. Того, кто замыслил 
нечто недоброе, причем масштабы этого замысла Бай со товарищи скорее всего 
недооценивают.
    Бай был далек от мысли напялить черный плащ и помчаться спасать мир. Но силы 
насовать палок в колеса машине чужого замысла вполне ощущал. Тем паче что Бай 
всегда работал не в одиночку, а в команде, которая могла собраться хоть и 
достаточно случайно, но зато по доброй воле. А Камилл строит свои планы и 
осуществляет их исключительно на угрозах и принуждении. Как и положено злодеям, 
к которым невозможно испытывать жалость или сострадание. Да и вообще, если уж 
приходилось бить - Бай бил без оглядки, во всю немалую мощь, стараясь, чтобы 
добивать было уже просто не нужно. И в реале бил, и в виртуале.
    Поэтому наскоро слазив в душ и проглотив чего-то скороготовящегося, Бай 
умостился в любимом стареньком кресле, потянулся к клавиатуре, искоса взглянул 
на матово отблескивающие мнемоюсты в специальном ворсистом блюдце и, мысленно 
пробивая тонкую перепонку между реальностью и Сетью, втек в пределы локального 
холда.
    Тут все было привычно и знакомо. Разблокировав выход в общую Сеть, Бай 
вырвался на свободу.
    Сеть жила. Светящимся трехмерным лабиринтом, существующим лишь в воображении 
Бая. Не важно, как она выглядела на самом деле, важно, как представлял ее каждый 
отдельно взятый пользователь-сетевик. Бай представлял именно как лабиринт.
    "Ну, куда? - подумал он. - В контору? Пожалуй..."
    И тусклой кометой понесся по зеленоватой глубине. Вдаль. К ближайшему 
решетчатому кубу мощного районного сервера.
    Пальцы Бая привычно отстучали на клавиатуре адрес конторы Камилла, логин и 
пароль.
  [Enter_]
    Вход.
    Холд, что и неудивительно, был устроен на манер домашнего холда Бая. Многие 
пользователи, из тех, что еще не успели накопить достаточно опыта, пользовались 
единым сетевым пространством, просто входили в него из разных мест. С домашнего 
терминала, с работы, из гостей. Бай давно отказался от этой порочной практики. 
Дом домом, а работа работой. Работу можно и потерять. А дом - крепость. Поэтому 
"на выезде" Бай просто создавал маленькую копию, филиал домашнего холда. 
Разумеется, помещая туда ровно то, без чего обойтись нельзя, плюс то, что можно 
было и не таить от любопытного сетевого народа.
    Бай с самого начала отчетливо сознавал: его окружают тысячи людей, куда 
более умелых, нежели он сам. Даже учитывая способность ходить в Сеть без 
мнемоюстов. Поэтому всегда допускал возможность взлома собственной крепости, 
надеясь все же, что этого никогда не произойдет.
    "Ну-с, - подумал Бай с некоторым оживлением, - глянем, чем я тут последнее 
время занимался..."
    Конечно, он и так это знал. Памятью своей ущербной местной половинки. Но у 
нее прежде недоставало любопытства да и просто желания представить всю картину 
целиком, а не отдельными пикселами, как на экране старых мониторов. Увидеть 
изображение, а не комбинацию синих, красных и зеленых точек.
    Отпихнув вязкий комок идентификатора доступа и попутно скормив ему светлую 
полоску парольной строки, Бай привычно потянулся к логам.
    Статистика, она ведь всегда превыше всего.
    Довольно быстро он нашел что искал - ссылки на рассылаемые в самые разные 
места программки. Прежний Бай никогда не интересовался, что они собой 
представляют? А действительно - что?
    Наскоро собрав исполняемый модуль из готовых массивов, Бай натравил на него 
декомпилятор и плотно засел за изучение.
    Все, что он понял, - в определенное время эта программа должна начать 
генерить определенный цифровой ряд. Наподобие тех, которые Бай совсем недавно 
ломал и менял на различных почтовках.
    Недоумения Бай ощутить не успел. Кто-то виртуально отвесил ему виртуального 
пинка под виртуальный зад.
    Бая подбросило. Не зная что думать - холд взломан или админ Камилла 
заинтересовался изысканиями Бая, - он заполошно взглянул назад.
    В реале пальцы молниеносно отстучали на клавиатуре команду оттрассировать 
принятый пинг-сигнал.
    В полумраке холда висело нечто объемное, похожее на большую картофелину с 
нашлепкой сверху.
    Потом картофелина неожиданно выпростала отросток, оказавшийся в итоге рукой 
с фонариком.
    Энди поднес фонарик к бороде, так, чтобы луч светил вертикально вверх. Лицо 
Энди ярко осветилось, но несколько контрастных теней остались на нем.
    Пинг оттрассировался.
    А потом Энди скорчил рожу, словно первоклассник, пугающий в темноте 
сверстников.
    - Улю-улю! - сказал он басом.
    Бай обмяк, хотя уже приготовился воззвать к помощи всех доступных боевых 
скриптов, подозрительно беспечно отнесшихся к пингу извне.
    Скосив глаза вправо, Бай незаметно впитал лог трассера. Ну кто б сомневался. 
Всего одна строка. С локальным адресом рабочего Баевского холда.
    Энди, конечно же, сотворил пинг прямо тут, на месте.
    - Фу, - выдохнул Бай облегченно. - Ну и напугал ты меня!
    Энди погасил фонарик, отчего в пределах холда снова сгустился сумрак, но 
зато стали лучше различимы детали - угловатые конструкции закрытых приложений, 
мерцание системы где-то далеко внизу, развешенные там и сям сонные скрипты...
    Реальность настигает сетевиков и в виртуальности - каждый тащит за собой 
набор стереотипов, от которых взрослому избавиться не суждено.
    - Между прочим, - сообщил Энди с легким нажимом, - тебя все уже заждались.
    Бай зачерпнул системного времени и понял, что почти на сорок минут пересидел 
над загадочной программкой. Давно пора было спешить на вечернее совещание.
    - Заработался, - повинился Бай. - Прости. Но зато...
    Рука Энди непропорционально удлинилась; ладонь с громким шлепком запечатала 
Баю рот.
    В реале, несмотря на нажатия на клавиши в командной строке, ничего не 
возникло.
    - Не здесь, - предупредил Энди. - Выходи из Сети.
    Бай пожал плечами и изобразил кивок - полноценно кивнуть мешала ладонь Энди.
    Когда он выходил, в пределах холда возник стандартный трек 
сетевика-мнемоника, эхо прерванного психического сопряжения с Сетью. У Бая он 
был довольно коротким и выглядел как [Bye-Bye. Bye.].
    Открыв глаза перед бессмысленно серым голокубом, Бай шумно выдохнул. И 
только потом заметил двоих, стоящих сбоку, у его рабочего стола.
    Аурел и Тири. Разумеется, в местных обличьях.
    - Собирайся, - сказала Тири бесстрастно.
    Бай подумал, что облик черноглазой местной красавицы как-то естественнее для 
нее, чем с юности знакомая рожа Тигра.
    - Куда?
    - Едем.
    - Куда?
    - Подвал на Рязанке разгромили.
    - О как... - Бай вторично выдохнул и сразу встал. - Кто?
    - Угадай с трех раз.
    "Значит, Камилл, - сразу понял Бай. - Больше ведь некому. Вовремя мы 
устроили рокировку телами..."
    Команде Энди сели на хвост. Сразу стало зябко и неуютно, но лишь самую 
малость. Адреналин и азарт делали свое дело. Хотелось драки. В реале, в виртуале 
- безразлично. В реале даже лучше.
    Ведь разрядка нужна всем.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (completed)]
    По дороге на Рязанку они снова глядели в разные стороны.
    В груди было пусто, и в душе было пусто. Аурел, оглушенный случившимся, 
плохо воспринимал действительность.
    Не этого Аурел ожидал. Совсем не этого.
    Когда они с Тири вернулись в Новокосино, Аурел еще в прихожей попытался 
обнять ее за плечи.
    Тири вывернулась. Резко и сердито. И поглядела на него так же. А потом ушла 
в спальню, с силой захлопнув за собой дверь.
    Сначала Аурел растерялся и принялся вспоминать - не мог ли обидеть ее 
каким-нибудь неосторожным словом, с первого взгляда незначительным. Или 
поступком.
    Ничего не вспоминалось.
    Тогда он разулся, тихонько толкнул дверь в спальню и вошел. Тири в одежде 
ничком лежала на застеленной пледом кровати. Аурел прилег рядом и обнял ее за 
плечи, ожидая чего угодно, но Тири лишь слабо дернула плечом.
    - Что случилось, малыш? - спросил Аурел заботливо. - Я тебя обидел?
    Она не ответила.
    Аурел попытался погладить ее по длинным волосам, совсем не похожим на 
привычную короткую стрижку, но Тири оттолкнула его руку.
    - Сколько раз ты поцеловал меня... ее, пока мы ехали? Аурел растерялся еще 
больше.
    - Не помню...
    - Да ты все время ЕЁ целовал!
    Отчего-то вспомнилось, что всю дорогу Тири отворачивалась и прятала лицо, 
поэтому целовать ее приходилось в основном в щеку или шею.
    - Ее? - переспросил Аурел недоуменно. - Я целовал тебя.
    И вдруг Тири расслабилась. Даже улыбнулась. Стащила джемпер, тряхнув буйной 
непривычной копной каштановых волос. Аурел моментально сгреб Тири в объятия, с 
закрытыми глазами нашел мягкие податливые губы, а секундой позже рука сама 
поползла под тоненькую блузку.
    Еще секундой позже он оказался на полу, между окном и кроватью. И 
окончательно перестал что-либо понимать.
    - Тири, - прошептал он, глядя на нее снизу вверх. - Что случилось? Скажи 
мне, любимая, что происходит?
    - Любимая? - странно изменившимся голосом переспросила она. - Кого ты 
любишь, Ури, меня или эту черноглазую?
    Аурел опешил. Подобное просто не могло прийти ему в голову.
    - Но... - промямлил он, мысленно ругая себя последними словами, потому что 
нужно было говорить убедительно и по-доброму, но ни в коем случае не мямлить и 
не запинаться. - Но ведь сейчас ты и она - одно и то же. Ты - Тири, которую я 
люблю, просто... просто, немного иная...
    - Я - это я, - отрезала Тири. - А ты с порога норовишь трахнуть эту 
длинноволосую суку. От тебя разило похотью еще в такси.
    Аурел отжался от пола и сел, привалившись спиной к неожиданно теплой стене - 
должно быть, внутри крылись отопительные элементы.
    В голове царил совершеннейший сумбур. Реальность поплыла, как плохо 
детализированный пейзажный образ.
    Тири снова улеглась - лицом к противоположной стене.
    - Уходи, - сказала она зло. - И не смей к ней прикасаться.
    - А к тебе? - с надеждой переспросил Аурел.
    - Меня здесь нет.
    Он посидел у стены еще пару минут, потом медленно поднялся и уныло побрел к 
двери, все время ожидая, что Тири его остановит.
    Тири не остановила.
    Остаток дня он проторчал на кухне в компании постепенно пустеющей бутылки 
водки. Мыслей не было. Только глухое недоумение и обида, мнящаяся незаслуженной, 
терзали душу и естество. А когда стемнело - позвонил РусТех. Уже снизу, от 
подъезда. Трубку сняла Тири; Аурел машинально ловил полуразборчивые фразы, еле 
доносящиеся на кухню. Что-то случилось, и нужно было немедленно ехать в ночь, по 
враз вдруг ставшим второстепенными и никчемными делам.
    В микроавтобусе Тири села поодаль и все время глядела в окно. Присоседиться 
к ней Аурел не решился. Сам не зная почему?
    Ехали к Баю.
    Открыла седая худощавая женщина, придерживая за ошейник большую рыже-седую 
собаку. Собака печально глядела на гостей, словно извинялась: и надо бы полаять, 
изобразить бдительность и охрану, но неохота. Лучше тихонько улечься где-нибудь 
на теплое, погреть старые косточки...
    Женщина молча махнула рукой в направлении одной из комнат. По-прежнему не 
глядя друг на дружку, Аурел и Тири вошли.
    Бай шарился в Сети; мнемоюсты, конечно же, валялись рядом с терминалом, в 
специальном блюдечке. Слепо уставившись в никуда, в мельтешение бессмысленных 
цветных пятен в голокубе, Бай быстро шелестел клавишами.
    "Вот, значит, как мы выглядим со стороны..." - подумал Аурел отстраненно.
    Удивительно, но он никогда не разглядывал Тири, пока та шастала по 
виртуальщине. И никогда не позволял себе заглядывать в ее голокуб.
    Аурел уже наладился вытащить Бая дежурным троекнопием, но тот вдруг 
встрепенулся, быстро прошелестел еще разок по клавиатуре, потом часто-часто 
заморгал и вывалился из Сети. Стоящих у стола соратников он заметил лишь спустя 
долгие пять секунд.
    - Собирайся, - велела Баю Тири.
    Голос ее звучал властно и непререкаемо.
    - Куда?
    - Едем.
    - Куда?
    - Подвал на Рязанке разгромили.
    - О как! - Бай встал. - Кто?
    - Угадай с трех раз.
    Больше вопросов Бай не задавал. Быстро переоделся и качнул головой в сторону 
выхода.
    Рыже-седая собака провела их долгим сочувствующим взглядом.
    Лишь когда приблизились к месту, которое местные называли Карачаровской 
эстакадой, Аурел мало-помалу выпал из мрака размышлений. Потому что в груди 
постепенно зародилось недоброе предчувствие. Охватила тревога. Небеспричинная, 
поскольку Камилл явно начал военные действия.
    Аурел неожиданно отчетливо осознал: это предчувствие близкой драки. Волею 
случая настроение у него для драки было - лучше не представишь.
    РусТех свернул во дворы и затормозил перед входом в подвал.
    Перед подъездом Аурел все же не удержался и покосился на Тири. Она, понурив 
голову, неотрывно глядела в пол.
    Бай с РусТехом синхронно отворили дверцы, вышли и огляделись.
    Двор был темный и пустой. Тусклые лампочки у подъездов тьму скорее не 
разгоняли, а лишь делали похожей на непрозрачный белесый туман. Компания 
подростков где-то у соседнего дома ломающимися голосами горланила песню под 
дешевую батареечную "расческу" с ритм-автоматом.
    Жмур, Злыдень и Чен, видимо, еще не подоспели.
    Аурел тоже вышел из автобуса.
    - Ну что? Пошли внутрь? - прошептал он Баю.
    Бай продолжал озираться.
    Решительнее всех оказался РусТех. Он сунул руку в карман, а когда вынул, 
Аурел зафиксировал мимолетный приглушенный отблеск на узком лезвии ножа. Пригнув 
голову, РусТех потянул свободной рукой дверь подъезда на себя. Скрип показался 
громким и отрывистым, как автоматная очередь.
    По одному они скользнули в подъезд и спустились по ступенькам. РусТех, Бай, 
Аурел и замыкающей - Тири. Дверь в подвал была не заперта - кто-то, кажется, 
Бай, споткнулся о валяющийся на нижней ступеньке замок. Да и висела дверь как-то 
косо и сиротливо, словно ее мимоходом сшибли с одной петли.
    В зале было светло. Поэтому картина полного разгрома открылась им во всем 
своем первобытном великолепии.
    Экраны на стене трудолюбиво пробили. Каждый. В нескольких местах. Сероватые 
потеки жидких кристаллов казались пролитой на изуродованную панель кровью. 
Кресла с мнемоаппаратурой с корнями поотдирали от пола и расшвыряли по углам. С 
потолка на растянутой гофрированной оболочке гибкого стержня-поводка свисал 
смятый шарик видеодатчика. Оборванные провода, осколки пластика и стеклита, 
перевернутые столы, погнутые металлические каркасы, казалось, даже утратившие 
недавний празднично-хромовый блеск...
    У стены под влажными подвальными трубами скорчился угрюмый ключник - никто 
так ни разу и не услышал его голоса. Аурелу подумалось, будто умер ключник тоже 
молча, не проронив ни звука, только с тоской смотрел, как его убивают и как 
собственная кровь орошает промасленную робу и загаженный пол. В другом углу, под 
экранами, нелепо извернувшись, застыл на полу похожий на РусТеха техник в 
джинсе. Кажется, у него были сломаны шея и левая рука.
    Мужчины растерянно переминались с ноги на ногу, взирая на этот погром, 
только Тири протиснулась вперед и метнулась сначала к технику, потом к ключнику. 
Напрасно - по ее виду Аурел сразу понял, что оба мертвы.
    Каким чудом Аурел ощутил, что по лестнице спускается еще кто-то, - бог 
весть. Спускались совершенно бесшумно.
    "Наверное, Чен, Жмур и Злыдень", - успел подумать Аурел и едва не 
захлебнулся невероятно острым и близким чувством опасности.
    Он начал оборачиваться, когда несчастную висящую на одной петле дверь 
окончательно внесли в подвал могучим тычком ноги. Быстрые тени врывались в 
дверной проем; Аурел едва успел заслониться от нескольких молниеносных ударов в 
корпус и голову.
    А вот удивиться он не успел. Тело работало само, подчиняясь внезапно 
сошедшему на дух спокойствию и размеренности. Темп времени словно бы замедлился; 
отбивать удары стало гораздо легче. Аурел успевал и обороняться, и замечать все, 
что происходит вокруг. Как РусТех, теснимый двумя нападавшими, жмется к стене и 
старательно ловит момент для удара ножом. Как Бай, похожий на разгневанного 
демона из "Мортал страйка", уходит от свирепого выпада, ловит оппонента за 
волосы на макушке и три раза подряд прикладывает коленом в лицо. Как Тири, 
схватив первый попавшийся изогнутый металлический стержень, наотмашь хлещет 
ближнего из тех, кто насел на РусТеха. Как в дверной проем врываются еще двое, 
причем с пистолетами в руках. Как наверху, у входа в подъезд, кто-то с хеканьем 
и придыханием кого-то бьет.
    Разгромленная старт-финишная база забарьерников утонула в едва ли не реально 
ощутимой ненависти. Аурелу никогда не хотелось убить врага так остро, как 
сейчас. При этом ярости он не испытывал, просто сознавал, что пощада и 
милосердие в данный момент уместны не более, чем контактная мина в детской 
песочнице.
    Убить Аурел успел только одного, вздернув чужой подбородок и хлестким ударом 
смяв гортань и адамово яблоко. Костяшки пальцев правой руки враз потеплели.
    После этого заговорили пистолеты. К счастью, не те, что были в руках 
нападавших. Гром, эхо - и в подвал плечом к плечу ворвались Жмур и Злыдень. 
Злыдень сжимал в кулаке здоровенный шипастый кастет, а Жмур палил сразу из двух 
пистолетов, как старый добрый отчаянный Бандерас в своем звездном фильме.
    И все закончилось.
    Нападающих было девятеро, считая и тех, с которыми очень вовремя подоспевшие 
Жмур, Злыдень и Чен расправились наверху, у входа в подъезд и на подвальной 
лестнице. Если бы Жмур не начал стрелять - стрелять бы начали боевики Камилла. 
Но боевики замешкались, а Жмур, к счастью, мешкать не стал.
    - Все целы? - зло спросил Жмур, оглядываясь. - Давайте, делаем ноги, сейчас 
полисы набегут...
    - Здесь их называют ментами, - хмуро поправил Бай и тоже огляделся.
    РусТех, кривясь, держался за бок. Из-под ладони сочилось красненькое - 
похоже, его пырнули собственным же ножом. Тири сосредоточенно рассматривала руку 
- не иначе сломала ноготь.
    - Быстро, быстро! - торопил Жмур.
    В микроавтобус они погрузились слаженно, без суеты, но и не мешкая.
    И только теперь Аурел позволил себе удивиться. Удивиться своим новым 
умениям, умениям друзей и общему хладнокровию. Объяснение переменам могло быть 
только одно - ведь Энди Трушин недавно загружал им что-то посредством 
мнемодоступа. Прямо в мозг. Что, если не пригодившееся только что умение холодно 
ненавидеть и готовность убить врага?
    Особого расстройства по поводу новых навыков Аурел не ощутил. И раскаяния 
тоже не ощутил. С волками так и нужно, по-волчьи. Без жалости и излишних 
сантиментов. Иначе по-волчьи обойдутся с тобой... особенно если с некоторых пор ты 
тоже стал волком.
    - Аптечка есть? - хмуро спросил РусТех Чена.
    - В бардачке, - невозмутимо отозвался тот. - Помогите ему кто-нибудь, я ж 
рулю.
    Помочь вызвалась Тири.
    Вдалеке уже натужно завывали сирены местных полисов, именуемых ментами. Но 
микроавтобус успел кануть в ночь и затеряться на широкой трассе.
    Хвостов за собой они не отследили.



!TASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
    Машина подъехала к самому подъезду. Не успели Жмур и Злыдень выйти - с 
лавочки под раскидистыми тополями врассыпную порскнули давешние горе-борцы за 
свободную от жидов-торгашей Россию. Те самые, которым вчера пришлось накидать по 
шеям за излишнюю социальную активность и перекосы в отношении к некоторым 
этническим группам.
    Злыдень не смог сдержать улыбки:
    - Ты глянь, как ховаются!
    Жмур вяло кивнул: мол, да, мол, уважают теперь, когда по мордам схлопотали. 
Любой бы, мол, зауважал.
    Они поднялись к себе на второй этаж. Пристроив на пустом стеллаже скрипичный 
футляр, Жмур хмуро покосился на обесточенный терминал в углу. Злыдень невольно 
перехватил его взгляд и понял, что приятель хочет сообщить нечто, кажущееся ему 
важным и неотложным.
    - Секунд, - пробормотал Злыдень, швырнул кастет на изрядно потоптанный диван 
и сбегал к холодильнику за пивом.
    В родном мире все произошло бы наоборот: там Злыдень остался бы сидеть в 
любимом кресле, а за пивом помчался бы гость Жмур.
    - Говори. - Злыдень вручил запотевшую бутылку Жмуру и плюхнулся на диван. 
Кастет слегка подпрыгнул на жалобно тренькнувших пружинах.
    - Спасибо, - сказал Жмур и отхлебнул. - А в Еланце за пивом бы я побежал, - 
со вздохом сообщил он спустя десяток секунд.
    - Мысли ты, что ли, читаешь? - удивился Злыдень. - Я сам только что об этом 
же подумал. .
    - Очевидная мысль. - Жмур округло повел руками, едва не расплескав из 
бутылки. - А знаешь почему? Потому что дома мы на пару занимались только 
хакингом. Ну, пиво еще вместе пили. Так вот, в хакинге ты был номер один, а 
перед пивом все равны. А тут... - Жмур выразительно покосился на свой футлярчик со 
смертоносным содержимым.
    Злыдень непроизвольно покосился туда же.
    - Ты прав, - не смог не согласиться он. - В стрельбе номер один - ты. В 
смысле ты здешний.
    Они синхронно поднесли бутылки к губам.
    "Сейчас он скажет, что в Москве вместо хакинга мы больше занимаемся 
мордобоями и прочей войнухой", - подумал Злыдень.
    - Знаешь, о чем я думаю? - спросил Жмур, уставившись в пустоту под пыльной 
люстрой.
    - Догадываюсь, - буркнул Злыдень. - Но ты на всякий случай озвучь.
    Жмур еле заметно кивнул.
    - Мы почти полсуток не подходили к терминалам. А стволы у меня в футляре до 
сих пор горячие.
    - То есть, - перевел Злыдень, - ты намекаешь, что нас запрягли не в свои 
сани?
    - Не совсем, - возразил Жмур. - Не в свои было бы, если б в подвале полегли 
мы, а не молодцы Камилла. Просто мы изменились, Злыдень. Помнишь, еще вчера мы 
говорили о якобы апгрейде? Ну, что помимо всего связанного с Сетью и ломом мы 
научились еще и стучать по челюстям всяких оборзевших недоумков? Так вот, нынче 
сдается мне, что это не только апгрейд, а еще и перепрофилирование. Подмена 
одних функций другими. Альтернативными.
    - Да ну, брось, - усомнился Злыдень. - Подумаешь, день прошел. Ну, пришлось 
побегать, пострелять... тебе. У меня вон тоже игрушка завелась. - Злыдень кивнул 
влево от себя, где на диване покоился отобранный у одного из боевиков Камилла 
устрашающего вида шипастый кастет. - Все равно основное будет происходить в 
Сети. Кстати, надо бы с Эндёй связаться.
    Жмур кивнул и подсел к своему терминалу. Руки нависли над клавиатурой. 
Тотчас сработал датчик старта; терминал мигнул глазком индикатора и развернул 
перед клавиатурой призрачный объем голокуба. Перебрался за второй терминал и 
Злыдень.
    Они казались очень похожими сейчас - Жмур и Злыдень. Пришельцы из-за 
барьера. Там - хакеры. Умелый Жмур и очень-очень умелый Злыдень. Здесь - еще и 
бойцы... И увы, последние сутки в основном бойцы. Очень-очень умелый Жмур и 
тоже-не-промах-Злыдень.
    Новый мир всегда учит новому. Только сейчас и тот, и другой задумались: а 
каково пришлось в их родном мире москвичу Баю и его товарищам? Их необъятный 
миллионо-километровый дом неизбежно изменил всех их, ТПшников. Некоторых - 
просто убил. Отторг. А некоторым (Баю с Ченом, например) подарил желанную и 
малодостижимую в таком странном месте, как Москва, свободу. ТПшникам тоже 
наверняка пришлось заниматься весьма необычными для себя делами там, на перегоне 
и в небольших глубинных городках.
    Системы загрузились. Жмур и Злыдень синхронно прилепили к вискам мнемоюсты и 
с наслаждением ушли в Сеть.
    Это ведь куда приятнее, чем палить из пистолета и крушить чужие черепа 
шипастой железкой.
    Пользоваться знанием всегда приятнее, чем силой. И очень жаль, что для 
осмысления этого категорически необходимо некоторое критическое количество 
мозгов. Если мозгов меньше - использоваться будет только сила. Это скучно, но, 
чтобы осознать скуку силовой жизни, необходимо то же критическое количество 
мозгов...
    К сожалению, силы во всех мирах заметно больше, чем мозгов. И распределена 
она гораздо равномернее. Увы.
    Первое, с чем Жмур и Злыдень столкнулись в виртуальности, - оффлайновые 
сообщения каждому от Энди Трушина.
  [Бегом ко мне в локал!!!]
    Бегом так бегом. За тем и пришли в Сеть.
    Процедура входа в епархию Энди была давно отработана; вымуштрованные стражи 
локала порвали бы на клочки любого чужака, но старых пользователей пропускали - 
после придирчивой проверки, разумеется.
    Оказавшись в анимированной области локала, Жмур и Злыдень невольно замерли.
    На этот раз Энди до мельчайших подробностей смоделировал обстановку подвала 
на Рязанке. Разгромленного Камиллом. Даже трупы ключника и технаря в джинсе были 
прорисованы с мельчайшими подробностями. Злой и чуточку скорбный Энди в 
полосатом халате стоял посреди подвала, точно под убитым видеодатчиком, повисшим 
на растянутой и полусодранной ниточке экранировки. Слева от него прямо на 
осколках стеклита по-турецки сложив ноги сидела Тири. Разумеется, в обычном 
ртутно-сетевом облике и при очках-звездочках. Справа, привалившись к стене, 
неестественно наклонно замер Аурел. В виртуальности он мог позволить себе не 
падать даже в такой позе. Рядом хмурый Бай бесцельно ковырялся носком ботинка в 
груде мусора. Чен и РусТех запаздывали.
    - Здравствуй, Энди, - сдержанно поздоровался Злыдень. - Можно, я стул 
сотворю?
    - Не надо, - жестко ответил Энди. - Садись на пол. Накапливай злость.
    "Да я и так злее некуда", - отстраненно подумал Злыдень, но послушно 
умостился на остатках мнемоколпака.
    Жмур пристроился на перевернутом кресле.
    Хорошо, что в виртуальном мире можно без вреда для задницы сидеть даже на 
гвоздях или битом стекле. Но недолго: глаза неизбежно подсовывают сознанию 
картину гвоздей под собой или собеседниками. А воображение невольно манипулирует 
нервами. И вскоре начинает казаться, будто действительно сидишь на гвоздях.
    Чен появился спустя семь минут. РусТех - спустя еще три с небольшим.
    - Извините, - виновато пробормотал РусТех. - Мне дырку в боку штопали. 
"Скорая" только-только уехала, а при них я не хотел.
    Энди коротко кивнул и исподлобья оглядел свою гвардию.
    "Интересно, - подумал Злыдень, - а почему он трупы Камилловских головорезов 
не намалевал?"
    Но потом сообразил: Энди их просто не видел. Наверное, когда громили 
старт-финишную базу, видеодатчик повредили в последнюю очередь. И Энди 
практически лично присутствовал при этом. Но молодцы Камилла добрались и до 
видеодатчика, а значит, Энди ослеп в этой части пространства. Ослеп и оглох.
    Но память осталась.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    Бай в последний раз пнул проломленный лист пластика с остатками какой-то 
блок-схемы, грубо намалеванной фосфоресцирующим фломастером. В настоящем подвале 
он этой схемы не помнил, но Энди скорее всего создавал анимированную область на 
основе последних фреймов видеодатчика, а значит, в данную секунду этот же, 
только настоящий кусок пластика вполне мог попирать форменным ботинком 
какой-нибудь милицейский чин.
    "Ох и шухеру будет, - подумал Бай несколько отстранение. - Сколько ж там 
народу полегло в сумме? Больше десяти человек. Двое людей Энди и с десяток 
боевиков. Ох и шухеру будет!"
    Еще Бай вскользь подивился тому, насколько отличными делами приходится 
заниматься теперь в сравнении с прошлой московской жизнью. Какие-то полгода, 
даже чуть меньше - и работа в "ТП" действительно стала казаться прошлой жизнью, 
далекой-предалекой и уже малореальной. Гораздо менее реальной, чем вот такие, 
например, собрания в виртуальности.
    Наверное, прав Энди. За барьер посылается вовсе не точная копия личности. 
Изначальный Бай вряд ли решился бы на игры, подобные нынешним. А вот побывавший 
за барьером и подселенный назад, к лентяю-москвичу, - играл даже с некоторым 
мрачноватым удовольствием. Во всяком случае, боевиков Камилла Бай колотил вполне 
от души и не слишком грузился по поводу очевидной незаконности действий всей 
дружественной команды.
    - Ну что? - прервал размышления угрюмый Энди. - Кажется, мы первый раз 
попали. Прокололся я сдуру.
    Команда внимала вожаку.
    - Получается, что я вас подставил. Не затер безобидный лог, а в результате 
по трассировке доступа на наш подвальчик вышли как по проспекту...
    Энди сердито дернул себя за бороду. И продолжил:
    - Но есть в случившемся и важные новости. Кто-то работающий на Камилла 
целенаправленно искал мои следы в Сети - именно мои, ничьи больше. А это 
означает, что Камилл информирован лучше, чем мы надеялись и полагали с самого 
начала. И что он уже предпринимает серьезные превентивные меры. А стало быть, 
врасплох его не взять. Первоначальный план, стало быть, рушится на стадии 
подготовки.
    "План... - подумал Бай, мысленно проговаривая слова с интонациями ворчливой 
старухи. - Кто, кроме тебя, хоть капельку осведомлен об этом плане?"
    - Ты взял за воротник того, кто изучал твой лог? - поинтересовался Злыдень, 
в упор взглянув на Трушина.
    - Нет. Он ушел за барьер за несколько секунд до того, как люди Камилла 
порешили аппаратуру гейта. И остался там, за барьером. По крайней мере остальные 
гейты на наш мир его перехода обратно пока не фиксировали.
    Воцарилась недолгая тишина, во время которой присутствующие переваривали 
услышанное и пытались сообразить: что же не вяжется в этой истории? Что нарушает 
ее кажущуюся стройность? Что-то ведь было такое, это почувствовал каждый.
    - Стоп-стоп-стоп... - осенило вдруг Бая. - Как это ушел за барьер? А копия? Ее 
разве не осталось?
    - Нет, - мрачно подтвердил Энди.
    - А так бывает? - усомнился Бай. - Ты ведь совсем недавно нам рассказывал...
    - Бывает, - перебил Энди. - Но в одном-единственном варианте. Когда 
пользователь - чистый виртуал без тела. Как я.
    И снова повисло молчание, измеряемое микросекундами, поскольку в Сети время 
течет иначе. Но теперь оно было окрашено эмоциями: недоумением, ошарашенностью, 
неготовностью к подобным новостям.
    - Так, значит... ты не один такой в Сетях? Не единственный призрак? - вопросил 
РусТех.
    - Значит, не единственный, - подтвердил Энди.
    - А ты знал об этом? Раньше?
    - До сегодняшнего дня - нет.
    - И чья это работа, творение призраков? Камилла?
    Энди зло тряхнул головой, совсем как когда-то в реале.
    - Единственный, о ком достоверно известно, что он владеет необходимой 
технологией, - это Камилл.
    - А кого он... пристукнул здесь? Известно? Или это тоже гость из-за барьера?
    - Известно, - буркнул Энди. - Зря я, что ли, столько лет в сетях? Некто Яков 
Блюменфельд, алиас - Shade.
    Последнее слово Энди не произнес, а, взмахнув рукой, стряхнул с ладони. 
Тускло-серые буквы повисли посреди виртуального подвала, причем каждый видел их 
именно в том ракурсе, в котором они читались верно.
    - Живет... Точнее, жил в Перово, на Зеленом проспекте. Девятнадцать лет. 
Мелкий хакер-одиночка, местный народ его почти не знает. Занимался разовыми 
заказами от частных лиц. Способный мальчик. Был. Камилл подмял его сутки или 
двое назад. И, похоже, натравил на меня. Но что побудило Камилла начать охоту на 
меня? Вот этого я не могу понять, как ни бьюсь...
    - Тело уже нашли? - поинтересовался практичный Чен.
    - Нет. И сомневаюсь, что найдут. Но я оставил нюхачей где надо. На всякий 
случай. Знаете, как сетка московских моргов называется? Извини, дружище... 
zhmur.net.
    Жмур искривил губы в слабенькой улыбке. К своему прозвищу он давно привык.
    - >| Victor Forsyuk  wrote:
  >>ykcku> To moderator: я так понимаю, ты только мне запретил Post на
  >>ykcku> gemini. Я обиделся. ;-(
  >>Вместо того чтобы обижаться, ты бы лучше с ручника снялся. А то
  >>люди подумают, что ты даже не умеешь хедеры читать. Юзер Амбернета
  >>запостил в гейтуемую эху через NNTP-сервера sabbo... Я тут при чем?
  ykcku> hmm... Вот как оно попало ко мне:
  ykcku> Path:
  ykcku> 
  killer.cracksott.kiev.ua!f169.n463.z2!f257.n463.z2!cs.cracksoft.kiev.ua!f257.n463.z2!f111.n463.z2!f690.n463!f58.n463!f94.n463!f 
  1 8.n463!gemini.gu.net!glukr!carrier.kiev.ua!tornado.sabbo.kiev.ua!to 
  rnado.sabbo.kiev.ua!not-for-mail
  ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
  ykcku> Так что исправляй глюки. ;-)
  Юра, ты уже меня просто пугаешь! Без приколов... Какие глюки? Ты что, 
  действительно не понимаешь, что такое бэнговый path или просто так мощно 
  тормозишь? Или не читаешь, что я написал? - это _гейтуемая_ эха. В нее можно 
  постить через glukr.
  >>Если хочешь услышать еще одно объяснение, на сей раз при зрителях -
  >>пожалуйста: бардака на gemini не будет. Это не только тебе Post
  >>запрещен, а наоборот - Post на gemini запрещен всем за пределами GU.
  >>И _даже_ тебе, как бы я хорошо к тебе ни относился, исключений я
  >>делать не буду. Тем более что брать у меня эхи _по правильному_,
  >>nara via IP, тебе вовсе не трудно...
  ykcku> Дык уже binkd'шный линк поднял. Теперь нужно только найти время
  ykcku> написать areafix'y. Могу лапами на тебя звездочку в newsfeeds 
  поставить... ;-)))
  SY,
  __
  Victor Forsyuk, Ukraine Online webmaster
  http://*.gu.net | Tormoznet: 17:1800/0 | Naranet: 2:463/18
  - if mail v.2.10
  * Origin: gugate (2:463/18@naranet)
  ]
    Шейд сдержанно хихикал. Обитатели микросетей пытались гордо обособиться, но 
всегда находился кто-нибудь пронырливый и совал туда что-то запрещенное. После 
чего, естественно, следовали шум и тотальные разборки. Обычное дело.
    Многие этим жили.
    Шейд просто забавлялся.
    Мгновенное мысленное усилие, следующее сообщение...
    Прочесть он не успел. Шейда позвал Ностромо.
    - Шейд?
    - Я тут.
    Шейд выпорхнул из агента по чтению наранетных сообщений и сгустился до 
привычного облика в тесной и пустой камере директ-коннекта. Ностромо сразу по 
выходе из сетевого заключения на несколько часов пропал, а потом объявился уже в 
московской Сети по торговле недвижимостью и зачем-то устроил там полуторачасовой 
затык, путая адресацию пакетов и заблокировав доступ ко всем без исключения 
печатающим устройствам. Кажется, Энди тоже имел к этому некоторое отношение. 
Выспрашивать подробности Шейд не стал - ему хватало своих развлечений, а когда 
потребуется помощь - Энди сказал, что даст знать.
    Ностромо теперь выглядел, как симмонсовский Шрайк, ограничившись, правда, 
всего четырьмя конечностями. Но был такой же колючий с виду. Почему-то у Шейда 
при виде этой личины Ностромо возникали стойкие ассоциации еще и со странноватым 
зверем панголином.
    - Держи.
    Перед Ностромо что-то на миг вспыхнуло и тут же погасло. В Сети у Шейда не 
было глаз, поэтому не наваливались несколько секунд слепоты после яркого света. 
А то, что выглядело как глаза, имело к зрению не больше отношения, чем к 
палеоарахнологии.
    В колючей руке Ностромо остался сгусток, который Шейд опознал как пакет 
приватного почтового сообщения.
    - Доставь это. Ты уже знаешь куда...
    Шейд с удивлением понял, что действительно знает. И куда знает, и как именно 
- тоже знает. Собственно, его задачу можно было определить как предотвращение 
случайных обращений к пакету на транзитных сетевых узлах.
    Расслабившись, Шейд поглотил сообщение, словно большая капля ртути 
маленькую. Одновременно Шейд задумался: а смог бы он выполнить ту же задачу с 
клавиатуры? Вряд ли. Как успеть проследить путь пакета из памяти в волокно, 
потом к точке входа в Сеть, потом по Сети?.. Даже мнемодоступ тут не помог бы.
    А теперь он прекрасно представлял, как это сделать. Потому что находился 
нигде и везде одновременно. Собственно, можно было сказать, что сообщение будет 
переслано внутри Шейда.
    Может быть, именно это и называется "стать Сетью"?! Но что тогда означает 
"чертить в душах"?
    Сообщение было адресовано неизвестной Шейду tiri@several.net и, разумеется, 
запаролено.
    Единственное, что знал Шейд: Тири - девушка.
    Ностромо не зря просил сопроводить письмо - на двух транзитах почтовый 
поток, к которому он приклеился, фильтровался по маске tiri!*@*.* туповатым 
роботом, обмануть которого Шейду оказалось легче, чем слепого и вдобавок вдрызг 
пьяного соглядатая. Перед фильтрами Шейд просто менял адрес получателя на 
zhopa@several.net - всего и делов-то. После фильтрации делал все, как прежде, 
благо запаролено было только тело сообщения, а клуджи пополнялись по пути, как 
им и полагалось.
    Самое неприятное произошло уже перед самой почтовкой several.net'a. Там 
стояла просто тупая ломалка всей входящей почты. Но Шейд и тут не оплошал: 
моментально создал себе почтовый ящик, приаттачил гигантский анимированный файл, 
а сообщение для Тири разобрал чуть ли не побайтно и всунул в звуковой поток в 
качестве обычного шума. Как выяснилось, он даже слегка перестарался с защитой, 
потому что у файлов размером больше двух гигабайт ломалка просматривала только 
первые шесть процентов массива.
    В общем, вскоре сообщение мирно улеглось в почтовый ящик Тири, а Шейд на 
всякий случай решил посторожить.
    Удобно было находиться везде и нигде одновременно.
    Еще два часа он читал конференции, посмотрел четыре фильма, которые раньше 
не видел, поболтал с каким-то живым шведом (ну и тормозят же живые в Сети...), 
одновременно контролируя доступ к почтовому ящику на several.net'e.
    А потом Тири забрала почту; конечно, пришлось ей слегка помочь. В реале, 
общаясь с девушкой, Шейд неизменно комплексовал бы и терялся. Но теперь он был 
королем и властелином.
    И это было прекрасно.
    Удостоверившись, что сообщение благополучно получено, Шейд вычистил почтовый 
ящик, чтоб ни следа не осталось, и почувствовал ни с чем не сравнимое 
удовлетворение.
    Что-то подсказывало ему: это письмо доставит много неприятностей Камиллу.



!TASK 07
[OWNER: Kamill advanced]
    "Кого же послать? - подумал Камилл. - Все в разгонах..."
    Он уже чувствовал некоторые перемены в себе. Например, совершенно нетрудно 
было уделять внимание сразу двум делам: сборке мозаичной программы и 
размышлениям о превентивной мере.
    Вообще-то он опережал Трушина. Причем опережал серьезно. Еще часов 
пять-шесть - и отсечение захваченных мозаикой Трушина сегментов впадет в 
необратимую фазу. Оно уже и сейчас практически необратимо, но... Невозможность 
управлять ресурсами всей Сети раздражала. Чтоб вычленить местонахождение 
базового модуля Трушина, пришлось серьезно напрячься.
    Но Камилл место все-таки отыскал. Стандартная волоконная линия в 
многоэтажном доме на Преображенке. Квартира наверняка съемная. В принципе сей 
факт можно было легко установить, прошерстив нужные базы. Но зачем? Съемная, 
несъемная... Главное - Камилл установил: именно к этой волоконке подключен 
терминал, с которого запустилась его собственная программа, переписанная под 
личность Энди.
    Все-таки Трушин оказался достойным соперником. Быстро хватал суть и 
изобретательно вредил. Может быть, не стоило оставлять его личность в Сети? Но с 
кем тогда бороться на пути к желанной цели? И принесет ли такой путь радость?
    Решение оставить личность Трушина в Сети было спонтанным и необъяснимым. 
Однажды подчинившись ему, Камилл потом уже не мог повлиять на результат. 
Впрочем, эхо личности Трушина после сжигания через мнемоюсты все равно осталось. 
Камилл просто не стал возиться и затирать разрозненные обрывки данных до их 
самоорганизации и объединения.
    Все-таки человеческая личность - очень устойчивая структура. Помнится, 
Камилл был поражен, когда обнаружил в Сети эхо Бериленко, первого сожженного 
через мнемоюсты недруга. Но потом удивляться перестал: когда Сеть входит в тебя 
и остается в тебе, логично предположить, что ты тоже входишь в Сеть и остаешься 
там, даже если твое тело увозит безучастная к чужой смерти труповозка.
    В общем, тех, кого Камилл хотел убить на самом деле, приходилось потом 
отдельно вытирать из Сети. Если, конечно, они умирали во время доступа, а не 
гибли от пуль Камилловых подручных где-нибудь на грязных улицах.
    "Кого же послать? Давыдова? Но он туп, как перекормленный, селезень, хотя и 
исполнителен. Жаль, Исмагил загремел раньше времени - этот бы точно не 
напортачил".
    Наконец Камилл принял решение.
    - Давыдов! - позвал он.
    Находиться одновременно и в Сети, и вне ее было непривычно. Однако тот факт, 
что для контроля приходилось прилагать все меньше и меньше волевых усилий, очень 
обнадеживал. А уж потом, после процедуры перезагрузки основных серверов Сети...
    Шкафообразный боевик плавно втек в кабинет. Ни дать ни взять - балерина. 
Умел этот амбал грамотно двигаться, не отнимешь.
    - Да, босс?
    - Улица Буженинова, - сообщил Камилл. - Знаешь где?
    - Знаю, босс.
    - Бери своего дружка и валяй.
    Камилл шепотом добавил номер дома и квартиры.
    - Того, кто там обнаружится, можешь придушить. А можешь и просто выключить, 
как знаешь. Главная цель - работающий там терминал. Вот такой, как у меня.
    Давыдов послушно скосил глаза на клавиатуру, на сероватую риску видеотрека, 
на голокуб, содержащий в себе малопонятные буковки и цифирки. Буковки и цифирки 
складывались в ровненькие строки, но это не делало их ни на йоту понятнее.
    - Терминал нужно испортить. Сломать, раздавить, прострелить, как хочешь. 
Если терминалов окажется два, три, больше - испортить все. Понял?
    - Понял, босс.
    - И обязательно отсоедини их все от Сети - вот, видишь, из клавиатуры 
тянется шнур? Выдерни все шнуры, из всех клавиатур, это главное.
    - Понял, босс.
    - Вперед.
    Давыдов просочился за дверь, скомандовал приятелю, которого взяли на работу 
совсем недавно по Давыдова же рекомендации, и отбыл. На диване перед 
бронированной дверью непривычно пустого офиса осталось всего двое охранников. 
Впрочем, основное сейчас все равно происходило в Сети.
    Именно туда перенеслась невидимая и неощутимая из реала битва. Битва двух 
сущностей, одной из которых предстояло вобрать в себя всю необъятную Сеть и 
впоследствии повелевать ею.
    Камилл ни секунды не сомневался, что победит.
    На жуткий грохот в вестибюле он сначала не обратил особого внимания, хотя 
явственно услышал его.
    "Небось ребята кого-то окучивают", - подумал Камилл, но тут под его начало 
встал очередной сегмент - полтора десятка серверов, сотни доменов, несколько 
роутеров и маршрутизаторов. Перекраивая сетевой траффик на подходящий для 
безмолвного поединка лад, Камилл отвлекся от непонятного шума.



!TASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
    Теперь основным их занятием стало ожидание. Пока Камилл и Энди в Сетях 
боролись за сферы влияния, Жмуру и Злыдню ничего не оставалось, как забыть о 
терминалах, пить пиво и плевать в потолок.
    На ожидание они глядели совершенно по-разному. Жмур полагал, что "нет хуже 
ждать да догонять", Злыдень же пребывал в стойком убеждении, что "ждать - не лес 
валить". Резонно поинтересовавшись, где это Злыдню доводилось валить лес (не в 
Еланце же?), Жмур получил весомый, как двухпудовая гиря, ответ: дескать, это все 
генетическая память нынешнего, московского тела, а Злыдню просто понравилась 
емкая и исчерпывающая формулировка.
    Они уже собирались выползти в магазин и пополнить запасы пива, но вдруг 
позвонила Тири. Причем звонила она через самодельный скрэмблер, и прежде чем 
ответивший Злыдень понял хоть слово, пришлось на соплях прикручивать к 
телефонному разъему плоскую коробочку декодировщика.
    - Злыдень?
    - Да.
    - Наконец-то. У нас мало времени. Надо повоевать в реале.
    - Конкретнее?
    - Нужно разнести контору Камилла.
    Предложение было более чем неожиданным и запредельно смелым.
    - Ты с ума сошла!!!
    - Отнюдь. Камилл собрал больше копий своей чертовой программы. Он постепенно 
отсекает сегмент, где обосновался Энди, от Сетей и давит сервак за серваком. 
Часов пять - и считайте, что мы проиграли.
    - А что даст наезд на контору Камилла?
    - Как что? С одного из терминалов в его конторе запущен базовый модуль 
программы-сборщика. Самый-самый первый. Если уничтожить этот терминал, вся 
конструкция рассыплется, как карточный домик. Камиллу придется начать все 
сначала, но к этому моменту Энди успеет набрать достаточно силы, чтоб 
гарантированно противостоять чему угодно.
    Злыдень сразу проникся.
    - Где встречаемся? - деловито поинтересовался он.
    - На Олимпик-плаза. У "Макдоналдса". Через полчаса.
    - Жди.
    - Черт! - пробормотал он. - Это уже никакой не контрол, друже, и даже не 
альт! Это полный, мать его, дел, всего, что мы раньше умели!
    - Не понял, - приподнял бровь Жмур.
    - Бери свою скрипку. Логово Камилла брать будем, - пояснил Злыдень и 
требовательно протянул руку.
    Сегодня он, раз уж пошел полный del, хотел стрелять на равных со Жмуром.
    Через полчаса они исправно торчали в указанном месте. Жмур с отвращением 
вертел головой - с одной стороны сиял стеклом и рекламой торговый дом, с другой 
- неистребимый, как тараканы, "Макдоналдс". Все надписи в поле зрения были 
выполнены почему-то латиницей и настырно лезли в глаза, роняя на асфальт 
причудливые голографические тени.
    - И это они называют Россией... - фыркнул Жмур, любовно поглаживая чехол от 
скрипки.
    - Ты что, новостей обсмотрелся? - протянул Злыдень лениво. - Какая тебе-то 
разница?
    - Да никакой в общем-то. Считай это тоже генетической памятью московского 
тела. У местных обида за Россию сидит именно в генах. Но это почему-то не мешает 
распродавать ее за грошик направо и налево вот этим вот сытым уродам-америкосам.
    - Можно подумать, Россия голодает, - насмешливо прокомментировал Злыдень.
    - Не голодает. Но жрет почему-то их поганые биг-маки и гамбургеры.
    - А ты их что, пробовал? - удивился Злыдень. - По-моему, ими только бомжи 
питаются. И, насколько мне не изменяет память, ты меня вечно таскал в 
"Елки-палки", а не в "Макдоналдс".
    - Русское, потому и таскал. Еще скажи, что тебе не понравилось - особенно 
"телега". Да и мы с тобой говорим именно по-русски, хоть в Сетях и инглиша их 
поганого хоть отбавляй! - веско заявил Жмур и в тот же момент увидел Тири.
    Она была одета в длинный серый плащ, серые брюки и туристские ботинки на 
толстенной подошве. Пол-лица скрывали зеркальные очки в форме звездочек. В руке 
Тири держала объемистую сумку с алой светящейся надписью "Matrix Again". За 
спиной ее высилась округлая громада "Чашки".
    - Где-то я уже это видел, - пробормотал Злыдень негромко.
    - Угу, - буркнул Жмур. - Генетической небось памятью...
    - Стволы при себе? - холодно поинтересовалась Тири.
    Теперь она ничем не напоминала испуганную девушку, которую брали в 
подворотне Баевского дома. Наверное, личность Тири привнесла много нового в 
объединенную сущность - спокойствие, решительность, готовность к драке и 
выстрелам.
    Злыдень подумал, что движет ею вовсе не любовь к Аурелу, как казалось ранее. 
Ею движет ненависть к Камиллу. А что может быть приятнее, чем разнести в клочья 
цитадель недруга?
    Только сомкнуть ладони на его горле.
    - При себе, - ответил Жмур и погладил скрипичный футляр. - На всех хватит.
    - У меня свой, - сказала Тири. - Пошли.
    Быстрым шагом они пересекли площадь, отделились от толпы, текущей к "Чашке" 
и в церковь по соседству, свернули на боковую улочку. Тут было почти безлюдно, 
только редкие автомобили проносились мимо, срезая углы перед выездом на проспект 
Газизова.
    Фасад шестиэтажного здания кутался в сетчатую завесу, под которой явственно 
угадывались строительные леса. Ремонт явно был затеян давным-давно и окончания 
ему не предвиделось в принципе, поскольку ремонт вообще невозможно закончить, 
его можно только прекратить. Парадная дверь была распахнута настежь; холл также 
носил бесспорные следы затянувшегося ремонта. Только у дальней стены на 
диванчике пристроились две кубические личности, не распознать в которых 
охранников мог только слабоумный.
    - Какая позиция! - пробормотала Тири и уронила сумку на асфальт.
    А потом извлекла из нее короткую трубу ракетомета.
    - Control-shift!!! - выругался Жмур, выпучивая глаза. - Где ты ЭТО откопала?
    - Дебаггером из DOOM'а выдрала, - весело огрызнулась Тири и прицелилась.
    Охранники успели только шарахнуться в стороны от дивана. Впрочем, вряд ли 
это им сильно помогло.
    Ракета с шипением скользнула в холл и обратилась в огненно-дымную вспышку. 
Земля под ногами болезненно дрогнула.
    - А разве в двенадцатом думе есть ракетометы? - усомнился Злыдень, 
отворачиваясь от Жмура, на которого перед этим выразительно глядел.
    - Этот из девятого, - сообщила Тири беспечно. - Пошли, пока они там не 
очухались.
    Из сумки она вынула короткоствольный автомат "Shwartohtz" и с хрустом 
приладила на место обойму. Еще две она сунула в карманы плаща. Жмур молча 
раскрыл футляр и достал два пистолета. Один он протянул Злыдню.
    Злыдень с удовольствием отметил, что прекрасно знает, где находится 
предохранитель, невзирая на полную неосведомленность относительно марки 
пистолета.
    Взрыв не слишком ухудшил внешний вид холла. Зато рядом с бронированной 
дверью и обрушившимися лесами теперь зиял приличных размеров пролом в стене. В 
пролом текучими струями вползал едкий сероватый дым; явственно слышалось, как 
вблизи кто-то тоненьким голосом стонет.
    Тири нырнула в пролом и сразу свернула налево. Она явно знала, куда идти.
    На входе в серверную она коротко съездила по зубам долговязому типу в белом 
халате. Звук получился противный - рукоять автомата, понятно, оказалась куда 
крепче зубов.
    В серверной Тири принялась беспорядочно палить по работающим терминалам и 
системникам. Звон и снопы искр заполонили все вокруг. Голокубы гасли один за 
другим.
    Злыдень хмыкнул и вместо стрельбы отошел к распределительному щитку. Содрал 
пломбу, потянул на себя тяжелую дверцу, хмыкнул вторично и по очереди 
перещелкнул все четыре пакетника из положения {|} в положение {О}. А потом 
разнес каждый из них выстрелами чуть не в упор. Брызнула горячая пластмассовая 
крошка, проскочила могучая зелено-фиолетовая искра, противно запахло паленым.
    Жмур, удачно подыграв Злыдню, своротил на пол четыре аварийных UPS'a, 
предварительно выдернув из них все шнуры и тоже не поскупившись на пули.
    Когда улеглось гулкое эхо, стало темно и тихо, даже Тири прекратила палить 
из автомата. Не то патроны у нее закончились, не то поняла - палить больше 
незачем.
    А секундой позже в соседнем помещении кто-то закричал - гневно и яростно.
    - О! - поднял руку Жмур. - Кажется, получилось.
    - Уходим. - Тири схватила его за ладонь. - Это Камилл!
    "Если орет, значит, его выкинуло из Сети, - догадался Злыдень. - А раз 
выкинуло, мы ему обломали весь процесс".
    Если так - не грех было и взять ноги в руки.
    По ним стреляли напоследок - уже когда Тири и Жмур миновали пролом и 
пересекали холл. Злыдень невольно ускорился и наугад пальнул назад.
    "Крепко же ты в Сети завяз, если на взрыв не отреагировал, - думал Злыдень с 
необъяснимым подъемом. - Эх, веселуха пошла!"
    Странное это было чувство - с одной стороны, Злыдень прекрасно сознавал, что 
в любой момент может погибнуть. С другой - именно это чувство щекотало нервы и 
наполняло азартом. Адреналин неистово бурлил в крови. Сходное возбуждение 
Злыдень испытывал, когда завершал какой-нибудь долгий и тщательно исполняемый 
лом. Но все-таки нынешнее чувство казалось острее, гораздо острее и выпуклее, 
чем радость от удачного лома. Наверное, потому, что у терминала Злыдень всегда 
знал, что ему грозит максимум вывалиться из Сети. А здесь на кону стояла жизнь - 
единственная и неповторимая. Ведь никто не гарантирует возврат домой, за барьер, 
если Злыдня пристрелят в Москве. И тот факт, что за барьером остался похожий, но 
все же не вполне идентичный Злыдень, ничего, в сущности, не менял. В общем, 
полный и безоговорочный del.
    На улице пришлось прятать оружие в карман - не бегать же с пистолетами в 
руках по Москве? Они промчались по улочке, свернули за угол, обогнули мечеть и 
затерялись в толпе, направляющейся к "Чашке".
    Единственное, что смущало Злыдня, - кажущаяся легкость, с которой они 
провернули это рискованное дельце. Осталось добраться до терминала, вызвать Энди 
и удостовериться, что ему сильно полегчало после их акции в конторе Камилла.
    Мысль о том, что Камилл может предпринять в отношении Энди аналогичную 
акцию, пришла к Злыдню лишь спустя четверть часа.



!TASK 09
[OWNER: RusTex]
    РусТеха в реале звали Михаил Коркин, но мало кто это знал. Он действительно 
фанатично любил джинсовую одежду. И имелся у него еще один бзик: РусТех никогда 
не жаловал бездисковые терминалы. Разве только в справочных службах - если 
РусТех работал, всегда пользовался полновесным компьютером, с локальным диском и 
полной периферией. Поэтому клавиатура у него была не совсем обычная - видеотрек 
она имела, но терминалом не являлась, а стало быть, подключалась не 
непосредственно к волоконной линии Сети, а сначала к системному блоку.
    РусТех засел в снятой квартире на Преображенской площади и который час 
вручную помогал Энди. Именно с его компьютера, с его диска, что прятался в 
недрах системного блока размером со стандартную книгу, была запущена базовая 
программа Энди Трушина, призванная сделать призрака Сети властелином Сети. 
Сначала московской, а там и глобальной Сети этого мира.
    Мерцал голокуб над клавиатурой, тасовал строки. Мерцал глазок доступа к 
локальному диску на системном блоке, сигнализировал, что данные тоже тасуются, 
считываются, изменяются. Системный блок прятался в щели между стеной и столом. 
РусТех даже не заметил, что в ту же щель поверх системного блока провалилась 
картонная упаковочная коробка, одна из нескольких, громоздящихся на краешке 
стола.
    На базовый модуль уже дважды нападали некие настырные личности. Просто 
отсечь модуль от сети РусТех не мог - доступ был необходим для работы. И 
присвоить данным флаг read-only он тоже не мог, потому что программа постоянно 
изменяла часть себя, эвристический массив, который управлял многочисленными 
размещенными в Сети копиями. В общем, приходилось отбиваться вручную, потому 
что, зная Камилла, лезть в Сеть посредством мнемоюстов РусТех не решался. Но он 
неплохо справлялся и так.
    Четверть часа назад РусТех заказал пиццу; кофе он приготовил загодя, потому 
что не любил горячего питья. Объемистая кружка (кофе РусТех предпочитал слабый, 
но много), исходя парком, пристроилась на подоконнике у приоткрытого окна. С 
пузатого борта кружки щурился крот, полувыползший из норы. Ниже виднелась 
надпись: "See no evil".
    Одновременно с обороной РусТех следил и за базовым модулем Камилла - по 
крайней мере пытался.
    Картина, увы, складывалась малообнадеживающая: Камилл успел раскинуть 
щупальца заметно шире, чем Энди, и отщелкивал под себя сегмент за сегментом. Это 
походило на поединок двух силачей на столе для армреслинга - один из силачей 
неумолимо придавливал руку второго к столешнице, невзирая на отчаянное 
сопротивление.
    "Не успеваем", - с досадой подумал РусТех и прикинул - что еще можно 
сделать?
    В голову ничего не лезло. Как назло. Слишком уж новой была область, в 
которую они под предводительством Энди на этот раз вляпались. РусТеху просто не 
хватало опыта и знаний, и это очень раздражало. Он привык к другому: если под 
руками клавиатура и доступ в Сеть - невозможного не существует.
    Дилинькнул дверной звонок. РусТех немного оживился - есть хотелось уже 
давно. А на сытый желудок, может, и какая-нибудь шальная идея на ум придет.
    Отследить базовый модуль из Сети было не так-то просто - на прикрытии сидели 
Бай, Чен и Аурел с Тири. Поэтому РусТех особенно не волновался по поводу 
визитеров - за столько времени не отследили и сейчас не отследят.
    Откуда ему было знать, что Аурел в данный момент бредет по Измайловскому 
валу в сторону Преображенки, направляясь как раз к РусТеху, а Тири, не видевшая 
Аурела со вчерашнего дня, недавно получила письмо от Ностромо и в компании Жмура 
и Злыдня приближается к конторе Камилла?
    Бормоча "Пицца-шмицца...", РусТех бросил последний взгляд в голокуб и пошел 
открывать.
    Взгляд оказался действительно последним.
    Вместо рассыльного перед дверью оказались два мордоворота в черных костюмах 
и при галстуках. РусТех успел только широко распахнуть глаза - передний 
мордоворот неожиданно ловко саданул ногой по двери. РусТех ощутил сильнейший 
удар в висок и бревном рухнул в коридор.
    Давыдов с напарником спокойно и без ненужной суеты вошли в квартиру и даже 
дверь за собой затворили.
    Первым делом они убедились, что в квартире более никого нет, кроме 
полумертвого умника в джинсе. Напарник склонился над ним и добавил с правой в 
голову. Это было, пожалуй, уже излишним - РусТех и так валялся, закатив глаза, и 
в сознание прийти ему было уже не суждено.
    Давыдов насмешливо покосился на небольшой, похожий на игрушку автоматик 
MTAR-21, прикорнувший на тумбе в прихожей.
    - Деляга, тля, - пробормотал он. - Даже не спросил: "Кто там?"
    Напарник дернул щекой и презрительно процедил:
    - Очкарики - они все малохольные.
    Тот факт, что РусТех сроду не носил очков да и сложения в Москве был 
довольно спортивного, мордоворотов Камилла ничуть не смутил. Компьютерщик - 
значит очкарик.
    - Ладно, работаем, - закруглился Давыдов и вторично вошел в комнату.
    Обстановка тут была убогонькая: ни телекуба, ни мебели толком. Древняя 
продавленная софа, ужасающего вида секретер и новенький компьютерный столик в 
углу. На столике покоилась обещанная боссом клавиатура, а над ней цвел голокуб, 
в теле которого бежали все те же буковки-цифирки. Единственное, что знал об этом 
Давыдов, - эта хрень зовется терминалом и что-то там делает нехорошее в Сети.
    Клавиатура, вопреки опасениям босса, была всего одна.
    Как и учили, Давыдов первым делом взял клавиатуру в руки и выдернул 
убегающий куда-то за стол шнур. Шнур послушно выщелкнулся из разъема. Вторым 
движением Давыдов сломал клавиатуру о колено. Голокуб, естественно, тут же 
погас.
    - Вот так! - победно заявил Давыдов, швыряя обломки на пол.
    Переглянувшись, подручные Камилла прошли к выходу; напарник Давыдова на 
всякий случай еще разок пнул лежащего РусТеха ботинком и снова презрительно 
фыркнул.
    Дверь они аккуратно прикрыли - не искать же ключ и запирать?
    Между столом и стеной, удачно прикрытый картонной коробкой, продолжал 
помигивать глазком доступа к диску системный блок. Для работы ему не требовался 
ни голокуб, ни клавиатура - процесс-то был уже запущен. И шнур волоконной линии 
по-прежнему соединял разъем в стене и системный блок. А поскольку буквально 
через десять минут после визита мордоворотов в квартиру РусТеха на Преображенке 
состоялся визит Тири, Злыдня и Жмура в офис Камилла, атаковать безнадзорный 
базовый модуль стало особенно некому, даже со скидкой на отсутствие прикрытия со 
стороны Аурела и Тири (Бай и Чен свои задачи выполняли без помех).
    А когда Давыдов с напарником вернулись в осчастливленный ракетой офис и 
доложили об успешном выполнении задания, Камилл и вовсе успокоился. Он мрачно 
окинул взглядом дыру в вестибюль и велел включать питание. Любой процесс, не 
доведенный до конца, можно запустить по второму разу. Особенно если своевременно 
позаботиться о конкурентах.
    Энди Трушин в это время спокойно хозяйничал в Сети - ему было чем заняться в 
ближайшие часа три, но Камилл об этом, увы, не подозревал.
  :TASKMGR REPORT
  ~#CONDITION: MULTITASK
  ~#MODE: END TASK 09
  @comment: COMPLETED SUCCESSFULLY



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (completed)]
    К РусТеху он возвращался пешком.
    С самого утра Аурел не ощущал в себе сил работать. Не хотелось ничего - ни 
жить, ни бороться, ни думать. Ничего абсолютно. Перед глазами все время вставала 
запертая дверь в комнату Тири. Дверь, которая рассекла его жизнь на "до" и 
"после". Аурел безучастно сидел на кухне и глядел в окно - глядел, а видел 
запертую дверь в комнату Тири.
    РусТех на него не осерчал, хотя от помощи наверняка не отказался бы. 
Впрочем, вчера Аурел снял комнату, здесь же, неподалеку. Развернул там свой 
терминал и даже выслушал инструкции Энди на дальнейшее.
    Часам к десяти РусТех прогнал его из кухни - велел пройтись по улицам, 
проветриться и успокоиться. А потом падать за терминал и прикрывать вместе с 
Баем и Ченом холд РусТеха, откуда была запущена базовая программа.
    И Аурел помалу отмяк, особенно когда шарахнул полстакана ледяной водки. Мозг 
омыло пронзительной сверлящей волной; довольно быстро пришла мысль: "А 
действительно, чего это я?"
    Через сорок минут Аурел уже сидел за терминалом в свежеснятой комнате, 
прикрывал РусТеха и все дальше отгонял желание набрать заветный телефонный 
номер.
    Но часа через два эйфория схлынула, а тоска вернулась. Через три Аурел стал 
таким же мрачным, как и с утра. А к исходу четвертого часа сами собой опустились 
руки.
    Не работалось и не жилось. Он, чернее тучи, отпихнул клавиатуру и пошел к 
выходу.
    На улице Аурелу полегчало, но не очень. Серые тучи ползли над Москвой, 
затеняя и без того не радужное настроение.
    "Может, и правда пройтись?" - подумал Аурел и медленно побрел в сторону 
Преображенки.
    Он миновал Семеновскую площадь, а за Преображенским кладбищем свернул 
налево, во дворы. Ходьба среди высотных (а Аурел считал высотными даже старые 
пятиэтажки) домов несколько отвлекла его. Он то и дело задирал голову; ползущие 
по небу тучи создавали иллюзию, что стены домов вот-вот обрушатся на него, и 
внутри все привычно замирало.
    Но умом Аурел прекрасно сознавал, что это иной мир и у высоты здесь совсем 
иные свойства. И что домам в Москве не положено падать, даже если в них 
отсутствует гравикомпенсатор.
    К подъезду РусТеха он подошел в более или менее цельном состоянии, 
справившись с упрямой тоской и настырной болью.
    Поднялся. И замер перед неплотно затворенной дверью. Предчувствие близкой 
беды вдруг захлестнуло его, захлестнуло, словно весенний паводок прибрежные 
городишки.
    Аурел толкнул дверь, как и ожидалось - незапертую, и ворвался в квартиру.
    РусТех, разбросав руки, лежал в конце коридора, на спине. Он не дышал, 
причем уже давно. Посреди комнаты валялась переломленная пополам клавиатура.
    Как ни странно, в эти минуты Аурел совершенно не думал об опасности.
    Он нашарил в кармане мобильник и, лихорадочно тыча пальцем в кнопочки, 
набрал номер Злыдня.
    - Алло! РусТеха убили, - сообщил он без излишних вступлений. - Не через 
Сеть.
    Злыдень, доселе пребывавший в приподнятом настроении, сразу же сник.
    - Убирайся оттуда, - посоветовал Злыдень. - И поживее!!!
    - Хорошо, - сразу согласился Аурел.
    Почему-то он сейчас остро нуждался в том, чтобы им руководили.
    В последний раз оглядев роковой приют РусТеха, Аурел точно так же, как до 
него Давыдов, аккуратно затворил дверь и запрыгал через ступеньку вниз по 
лестнице. Куда направиться - он еще не решил. Подумал только, что нужно будет 
отрываться от возможной слежки.
    И от этих мыслей снова отступила горькая, как полынь, тоска.



!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
    Шальные атаки на холд РусТеха прекратились днем, часов около четырех. Бай 
перевел дух и даже успел наскоро утолить лютый и внезапный голод.
    Все-таки отвык он от своего тела, даже есть автоматически стал меньше.
    Именно в этот момент Бай задумался о возвращении в плоский мир перегона, 
мир, где он впервые почувствовал себя свободным. Принимая решение остаться там, 
Бай не задумывался - доведется вернуться или нет? И если доведется - надолго ли?
    Он сравнивал прежнюю московскую жизнь с последними несколькими днями и 
находил эти жизни абсолютно разными. Москва не сделала его рабом распорядка, как 
раньше. Так, значит, дело не в мире? Значит, свобода заключается в нем самом, в 
умении и решимости поступать так, как просит та часть его естества, что желает 
быть свободной?
    Жуя наспех сооруженный бутерброд и запивая чаем, Бай искал пути разрешения 
множества всплывших из потаенных глубин сознания проблем. Пытался справиться с 
лавиной вопросов и отыскать ответы на них.
    Возвращаться, если они победят Камилла? А если проиграют?
    Он не успел решить. Терминал сыграл простенькую мелодию, сигнализируя о 
пришедшей почте. С кружкой в руке Бай поспешил в комнату.
    Привычно умостившись в стареньком кресле, он вызвал почтовку.
  :STATUS [Private mail]
  :FROM [K0W OF B0RG]
  :TO [Dmitry Baikalov]
  :SUBJECT [Поговорить надо]
  [Hi, Dmitry Baikalov!
  - WE R K0W OF B0RG. R3SISTANCE IS FUTiLE. MOO.
  -    (_)
  -   /oo\#############
  -   \    /#############\\\mcquack.hemmet.chalmers.se!!
  -     \/############# |
  -       ############# |
  -       ############# ~
             | |           | |
             ^ ^           ^ ^ Subj. JOiN me.
  Rest beggars, K0W OF B0RG.]
    Баю был прекрасно знаком этот сетевой зверь. Звали его КАРОВА - именно так, 
через "А", поскольку по-английски он тоже назывался нарочито неграмотно. КАРОВА 
служила в сети эмблемой одного из шведских чат-серверов.
    - Джойн, говоришь, ю... - пробормотал Бай, секунду поколебался и запустил 
кубик чат-клиента. Затем выбрал в длинном списке нужный чат-сервер и кликнул на 
розовенькой кнопочке с буквой {J} на лицевой стороне.
    В кубике поползли строки служебного приглашения, в том числе xopoшo 
знакомая, намалеванная псевдографикой КАРОВА. Едва процедура подключения 
завершилась, перед служебным кубиком открылся еще один, кубик direct connect 
chat'a.
    [Привет. Это Энди. Как дела?]
    [Нормально. Устал только] - отстучал Бай.
    [Все. Мы сдюжили. Базовый модуль Камилловской программы только что лёг. 
Теперь в Сети я хозяин. Осваиваюсь.]
    [А дальше-то что?] - поинтересовался Бай.
    Он вдруг поймал себя на мысли, что действительно слабо представляет - что 
дальше? Пока имелась поставленная Трушиным цель, Бай не знал сомнений. А когда 
неожиданно свалилась на голову та самая желанная свобода, Бай с легким 
замешательством сообразил: он не знает, как ею распорядиться.
    [Я разберусь тут и найду вас] - пообещал Энди.
    [Ладно] - согласился Бай. - [А когда?]
    [Скоро. Теперь - скоро.]
    "Наверное, он всех сейчас предупреждает, чтоб не суетились попусту, - 
подумал Бай с твердой уверенностью. - Помнит генерал о своей гвардии..."
    Еще Бай вспомнил о начале этой странной затеи, отстоящем от "сейчас" на 
какие-то жалкие несколько дней, и поразился: ему казалось, что прошли по крайней 
мере годы. Энди выполнил данные обещания. Бай и Аурел воссоединились со своими 
недостающими частичками. Правда, Аурелу еще предстоит вернуться в родной мир. А 
Баю... Уйти из Москвы - значит снова потерять часть себя, потому что копирование 
личности через гейт всегда что-нибудь искажает. Так стоит ли терять себя в 
очередной раз?
    "Подожду, - решил Бай. - Что остается? Как раз футбол начинается - я так 
хотел посмотреть!"
    В финале европейской Лиги чемпионов встречались заклятые соперники - 
московский "ЦСКА" и киевское "Динамо". Такие матчи не бывают скучными по 
определению.
    Отцепившись от чат-сервера, обиталища КАРОВЫ, Бай вызвал спортивный 
телеканал. Перед тем как в голокубе возникло изображение стадиона, Баю 
показалось, что на переднем плане на какую-то долю секунды возникло знакомое 
бородатое лицо. Возникло, подмигнуло Баю и исчезло. Или это только показалось?



ITASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
    После стрельбы пиво ложилось на душу особенно в кайф.
    Первоначальное возбуждение схлынуло, адреналин потихонечку рассосался, 
осталось только щемящее чувство несостоявшейся опасности и радость от того, что 
погоня за ними так и не началась. Хотя, когда они уходили от офиса Камилла, 
завывание милицейских сирен рвало на части московский день.
    С властями проблем не возникло, по крайней мере пока Энди дал знать, что 
операция прошла успешно, а значит вскорости Жмуру и Злыдню предстояло 
нахлобучить на головы мнемоколпаки и благополучно отбыть в родной мир, где 
московской милиции их нипочем не достать.
    Ну как тут не выпить пива?
    С Тири они расстались в метро. Куда ракетометчица направилась - они не 
спрашивали. Не хотелось спрашивать, оба чувствовали, что у нее проблемы с 
Аурелом. Недаром ведь тот даже выпал из обоймы на какое-то время.
    В Сеть они не совались, сняли только почту и вывалились в офф-лайн. В почте 
обнаружилось единственное сообщение от Энди, что оба сочли хорошим знаком. 
Правда, на седьмой бутылке Жмур выразил желание поглядеть местные новости.
    Злыдень не возражал; вскоре в голокубе сгустилось изображение диктора и 
зазвучал бодрый деловитый голос, какие бывают только у телеведущих.
    Сначала гнали какую-то пургу о военных действиях в Пакистане, потом прошел 
сюжет о южноамериканских наркобаронах, ищущих новые рынки сбыта по всему земному 
шарику, вплоть до Антарктиды.
    А после наркобаронов пошли московские новости.
    - Сегодня, - вещал диктор, доверительно глядя в камеру, - трое неизвестных 
совершили дерзкий налет на офис одной из московских фирм. Террористы выпустили 
по фасаду ракету, затем ворвались в помещение и расстреляли из автоматического 
оружия работающую аппаратуру. По иронии судьбы никто из сотрудников не 
пострадал, если не считать контузии обоих охранников. Пока ответственность за 
совершенный террористический акт на себя не взяла ни одна из многочисленных 
организаций. По данным органов эм-вэ-дэ, нападавших было четверо, 
предположительно - двое иракцев, араб и выходец с Востока, скорее всего китаец. 
Всем четверым удалось скрыться с места преступления. В данный момент сотрудники 
милиции проводят работу по розыску террористов. В интересах следствия информация 
относительно личностей подозреваемых не разглашается. Стражи порядка заверяют, 
что террористы будут задержаны в течение двадцати четырех часов.
    - Ну и ну... - опешил Жмур, когда диктор угомонился и пошел сюжет о выставке 
индейской культуры в зоопарке. - Четверо! Интересно, кто из нас араб - ты, я или 
Тири? И кто китаец? А, Злыдище?
    - Фигня какая-то, - озадаченно промолвил Злыдень. - Деза. Явная деза.
    В тот же миг голокуб распался надвое. Большая часть продолжала транслировать 
новости, а в малой возникло изображение Энди Трушина в неизменном полосатом 
халате.
    - А вы что хотели, чтоб я вас сдал властям? - проворчал он. - Ну, подпатчил 
я новости слегка, что тут такого? Хозяин я в Сети или нет, в конце-то концов?
    У Жмура и Злыдня не хватило слов. Слишком уж все было неожиданно. Поэтому 
Энди ответил сам себе:
    - Впрочем, нет, не хозяин. Я теперь и есть Сеть. Будут нужны какие-нибудь 
новости - заказывайте...
    Молчание еще долго висело в комнате, хотя Энди Трушин давно пропал из виду и 
новости снова заняли весь объем голокуба.
    - Надо привыкать, - выдавил наконец Жмур. - Он ведь теперь везде. Он - Сеть, 
понимаешь ли...
    - Надо, - согласился Злыдень. - Плесни-ка мне пивка, друже... А то в горле 
пересохло.
    - Это от переживаний, - вздохнул Жмур и потянулся к холодильнику.



!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (completed)]
    Адрес еще одной подпольной пересылки Энди назвал следующим утром. Аурел 
почистил следы пребывания в местной Сети, бросил терминал в квартире и налегке 
отправился в путь.
    В одиночку.
    Он знал, что в груди долго еще будет болеть. И что не раз еще, вспомнив 
среди ночи Тири, предстоит кусать подушку и бессильно колотить по постели 
кулаками. Но головой понимал: все, что началось так бурно, не может длиться 
долго. И если была история любви, неизбежна и история разлуки.
    Слов не хватало, приходилось мыслить образами.
    Аурел дважды чуть не угодил под машину, прежде чем сумел поймать такси и 
назвать только что полученный адрес.
    Дорогу он запомнил плохо. Сейчас хотелось поскорее нахлобучить колпак, 
очнуться в своем мире, сесть на родимый "АйБиЭм" и рвануть по перегону так, 
чтобы ветром вышибало из седла, чтобы даль впереди и даль позади слились воедино 
и чтобы сердце в который раз застучало в унисон с мотоциклетным мотором.
    Он знал: он сможет. Сможет найти забвение в скорости. Потому что больше 
забвение было негде искать.
    Аурел приехал последним. Все уже были здесь - Жмур со Злыднем, Чен, Бай, 
Тири. Только РусТеха не было.
    На Тири Аурел старался не глядеть. Она на него - тоже.
    Пузатый техник, человек Энди Трушина, готовил аппаратуру. Подвал если и 
отличался от разгромленного на Рязанке, то не слишком.
    - Ну что? - ободряя, хлопнул Аурела по плечу чернявый Жмур. - Домой? В 
привычное тело?
    - Знаете, - сказал вдруг Бай. - А я останусь. Я вас просто проводить пришел...
    Все посмотрели на него - с разными чувствами.
    Энди Трушин тоже был здесь - в виде лица во весь голокуб. Подключенный к 
терминалу видеодатчик позволял Энди видеть все, что происходит.
    - Как знаешь, - сказал он Байкалову через маленькие черные колоночки. - Тем 
более что у тебя уже и билет в Питер взят, и один телефончик с холда в мобильник 
перегнан...
    Байкалов не ответил. Энди не ошибался и не сочинял. Все правда - и насчет 
билета, и насчет телефончика.
    - Слушай, Энди, - поинтересовался вдруг Злыдень. - А каково это - быть 
Сетью? А?
    Энди усмехнулся.
    - Вряд ли ты поймешь. Но это очень здорово, поверь. А будет еще круче.
    - Это как?
    - Я подготовил Сеть к перезагрузке, поменял кое-что в общей идеологии, 
добавил настроек. Минут через десять все терминалы и серверы в мире лягут и 
запустятся снова. Когда Сеть оживет снова, она станет немного иной. И я немного 
иным. Не останется сущности Энди Трушина в Сети. Я... Эх, слов не хватает. 
Наверное, это больше, чем быть богом. Я буду знать все обо всем. О каждом байте 
перекачиваемой информации, потому что я сам буду этой информацией.
    Все молча внимали. Момент, когда Сеть из бездушной информационной паутины 
становилась искусственным интеллектом, разумным существом, почему-то выглядел 
донельзя рутинным. Совершенно будничным. Ни цветов, ни речей, ни ликующей толпы. 
А ведь определенно все стояли на пороге новой сетевой эры.
    - А что Камилл? - поинтересовался Жмур. - Он не сможет тебе насолить 
как-нибудь?
    - Не сможет, - заверил Энди. - После перезагрузки - точно не сможет.
    - У меня все готово, - встрял в разговор техник.
    - Ждите, - сказал Энди. - Перегружаюсь.
    Аурел знал, что произойдет сейчас. Терминал пискнет; голокуб заволочет 
непроглядной тьмой, потом в нем побегут скупые строки загрузочной информации. И 
так везде - сетевой люд изумленно будет глядеть в голокубы, матрицы и на экраны, 
ведь команда на перезагрузку отдана неизвестно кем. Кем - будут знать только 
собравшиеся в этом тесном подвальчике на окраине Крылатского.
    А потом терминалы, как положено, загрузятся, и из дымчатой глубины каждого 
голокуба на мир пристально взглянет Будущее.
:END GLOBAL PROCESS
:STOP
SHUTDOWN
1995-96, 2000-01
Москва - Николаев - Москва



ГЛОССАРИЙ ^ 
    АДМИН (СИСАДМИН) буквально - администратор (системный администратор) 
локальной Сети; тот, кто руководит локальной или корпоративной Сетью, все 
настраивает и т.д.
    АЙНСТРИМ (букв.) - поток времени, его течение.
    АЛИАС (букв.) - кличка, прозвище.
    БАГИ - непредвиденные ошибки, неточности.
    БЕКБОН - основной магистральный поток Сети.
    БЛАСТЕР - звуковая аппаратура компьютерного терминала.
    БРОУЗЕР- программа, позволяющая загружать и воспринимать сетевые странички; 
сетевой навигатор.
    AVP - антивирусная программа.
    ВИДЕОТРЕК - устройство в верхней части клавиатуры, проецирующее объемное 
изображение перед глазами пользователя; выглядит как тонкая полоска за 
клавишами.
    ВЫДЕЛЕНКА - обособленный оптоволоконный кабель, использующийся исключительно 
для связи между двумя конкретными терминалами.
    ВЬЮВЕР - программа, позволяющая просмотреть содержимое файла.
    ГЕЙТ - узел или точка обмена данными между двумя разными Сетями; букв. - 
ворота.
    ГИПЕРТЕКСТ - многоуровневый текст со ссылками, пояснениями и другой 
вспомогательной информацией, которую можно легко и в любой момент вызвать. При 
этом возвращение к исходному тексту также не составляет труда.
    ГОЛОКУБ - условная плоскость над видеотреком, так же условно продолженная в 
объеме; место визуального отображения данных.
    ДРАЙВЕР - программа, управляющая каким-либо внешним или внутренним 
устройством - манипуляторами, принтером, звуковой картой и т.д.
    ДАУН - состояние, когда станция, сервер или узел не работают, пребывают 
отключенными.
    ДЖЕК - разъем в виде тонкого штырька.
    ДИАЛ - устройство, напоминающее приемопередающую антенну-чашу; служит для 
беспроводной связи носимых терминалов с Сетью через стационарные ретрансляторы.
    ДИРЕКТ - непосредственная связь между двумя терминалами, директом минуя 
установленные пути.
    ЖЕЛЕЗЯЧНИКИ - специалисты по компьютерной технике, по материальной базе.
    ЗАСЕЙВИЛСЯ - записал текущее состояние на диск; в игре, например, чтоб позже 
вернуться и продолжить.
    КИЛЯТЬ - убивать, стирать, уничтожать.
    КЛАВА (также борда, доска) - клавиатура.
    КЛУДЖИ - служебная информация, в которой отображается путь сообщения от узла 
к узлу; как правило, прилагается к самому сообщению и может быть вызвана 
специальной командой.
    КОМП (компьютер) - терминал, оснащенный не обязательным оборудованием; 
например, собственным жестким диском или специальным накопителем на 
нестандартном носителе.
    КОННЕКТ - процесс соединения и обмена данными между двумя или более 
терминалами.
    КОНФИГ - служебный файл, описывающий конфигурацию чего-либо; меняется 
пользователем по желанию или необходимости.
    ЛАМЕР - агрессивный невежда, пытающийся произвести впечатление опытного 
профессионала.
    ЛИНК - часть роутинга между двумя ближайшими узлами.
    ЛОГИ - служебная статистика узла, куда записывается техническая информация, 
информация о принятых и переданных файлах, а также информация о сбоях и ошибках 
в работе станции.
    ЛОГИН - процесс опознания Сетью пользователя и допуска пользователя в Сеть; 
состоит из введения имени пользователя и (если необходимо) пароля.
    ЛОКАЛ - независимый от Сети диск отдельного терминала.
    ЛОКАЛКА - эхоконференция, посвященная функционированию какого-либо узла в 
Сети; представляет собой помесь клуба друзей со службой технической поддержки.
    МАГИСТРАЛ - крупный сервер-узел в составе бекбона.
    МЕССАГА - сообщение в Сети.
    МНЕМОЮСТЫ - психоусилители, выглядящие как накладки на виски пользователя; 
облегчают общение с системой и Сетью, подменяя скучный процесс работы с 
клавиатурой или мышью и подобными ей манипуляторами иллюзией пребывания в 
виртуальном киберпространстве и совершения там различных действий.
    НЕТМЕЙЛ - личные сообщения, проходящие через Сеть, которые видят только 
отправитель и адресат.
    НОДА - первичный узел в Сети; как правило, все линки - это связи нод между 
собой.
    НОДЛИСТ - список адресов и пользователей всех нод в Сети.
    ПИНГ - служебный сигнал, показывающий время прохождения от пользователя до 
другого пользователя и обратно.
    ПОДПАТЧИТЬ - слегка изменить программу или базу данных в собственных целях.
    ПОЙНТ - вторичный узел в Сети, связанный только со своей нодой; реально 
сообщение от пойнта идет сначала на его ноду, а оттуда - далее по роутингу к 
адресату.
    РЕАЛ - обычный мир, мир вне компьютеров.
    РОУТИНГ - путь от узла к узлу, который проходит любое сообщение в Сети.
    РУЛЕЗ - изначально: свод правил поведения в Сети; жаргонное значение: 
выражение высочайшего удовольствия и одобрения; антоним: сакс (суксь).
    СИСОП (букв.) - СИСтемный ОПератор; пользователь Сети, обычно - хозяин узла 
или станции.
    СКРИНСЕЙВЕР- специальная программа, гасящая изображение в голокубе, если 
никто долго не касается клавиатуры, и выводящая в голокуб абстрактные, 
обязательно подвижные изображения; на заре копьютерной эры такие программы 
сохраняли экраны от преждевременного износа, позже превратились в вид 
неочевидного искусства и рекламы.
    СКРИНШУТ - программа, гасящая изображение в голокубе; вызывается нажатием 
заранее заданной клавиши; предназначена для сокрытия частной информации от 
посторонних глаз, например, от неожиданно вошедшего посетителя.
    СЛАЙДЕР - плавающая нода, не имеющая постоянного физического адреса в Сети; 
как правило, не имеет также пойнтов.
    СМАЙЛИК - схематическая картинка, состоящая из буквенных и знаковых 
символов; предназначена для выражения эмоций в текстовых сообщениях; например, 
улыбка :-) сожаление :-( подмигивание ;-) выглядит как лежащая на боку рожица.
    СПАМ - приходящая по почте реклама, предложения разбогатеть и прочий 
лохотронный мусор; нормальные люди обычно удаляют это не читая.
    СОКЕТ - разъем определенного типа, чаще - с нулевым усилием размыкания.
    СОФТ - программное обеспечение.
    ТОНОГРАММА - голограмма, скрывающая истинный вид какого-либо предмета; 
например, для придания пристойного вида старому креслу или дивану в офисе.
    ТОПОГРАММА - служебная информация, откладывающаяся на узлах. Содержит пути 
прохождения сообщений, пути соединения конкретных терминалов и т.д.
    ФЛЭШ - приоритетный линк; отличается повышенной скоростью передачи данных.
    ХАКЕР - пользователь, неудовлетворенный состоянием Сети; имеет склонность и 
умение изменять чужие программы в своих целях; не всегда существо безобидное.
    ХАРД - диск-накопитель большого объема; чаше всего - стационарный, в составе 
терминала или сервера.
    ХЕЛПЫ - специальные руководства и описания к чему-либо.
    ХИДДЕН (букв.) - скрытый.
    ХИНТ - неочевидное руководство к действию.
    ХОЛД - область сетевого дискового пространства, занятая пользователем для 
собственных целей.
    ЧАТ - режим текстовой связи; давно устарел, но тем не менее активно 
используется.
    ЧИПСЕТ - совокупность микросхем определенного производителя, обеспечивающих 
работу терминала, компьютера.
    ШУТДАУН - отключение питания аппаратуры.
    ЭХОКОНФЕРЕНЦИЯ - нечто вроде сетевого клуба по интересам
    ЭХОМЕЙЛ - сообщения в эхоконференцию, которые могут видеть не только 
отправитель и адресат, но также и любой участник эхоконференции; допускаются 
ответы на чужие сообщения, изложение своего личного мнения и т.д.
    ЮЗЕР - пользователь.
    LOL (аббрев.) - laughting out loud, обозначает бурный смех.

продвижение сайтов, контекстная реклама adwords в www.i-media.ru.